Я посмотрела на своё платье, чувствуя нехарактерное для меня смущение. В том, чтобы расстёгивать платье перед Руаданом, было что-то такое, что напоминало чувственное представление. Мои щёки вспыхнули, когда я расстегнула верх, обнажив лифчик. Обычно я просто сорвала бы с себя эту штуку и выбросила, оставляя собеседника переживать неловкость от моей наготы. Но сейчас всё было по-другому, воздух был таким напряжённым, что я не могла встретиться взглядом с Руаданом. Я даже подумать не могла о том, чтобы прикоснуться к нему, иначе была уверена, что он уловит моё желание.

Я чувствовала на себе его взгляд — Инкуб Руадан не отводил взгляда от обнажённой кожи. Я хотела, чтобы он увидел меня, всю меня. В то же время мне казалось, что если я взгляну на него снизу вверх, мир взорвётся.

Я расстегнула платье до пупка, и необузданная сексуальная энергия заструилась по моей груди. Мои груди, казалось, напряглись под лифчиком, соски затвердели. Тем не менее, я не поднимала глаз, просто чувствуя, как его пристальный взгляд скользит по каждому дюйму моей обнажённой плоти. По моей голой коже побежали мурашки, и я расстегнула платье до бёдер.

Мою грудь залило румянцем, и, наконец, я осмелилась чуть-чуть взглянуть на Руадана, подняв глаза лишь на его торс. Его тело выглядело напряжённым, словно сжатая пружина. В воздухе потрескивала его фиолетовая магия, и похоть пульсировала на моей голой коже.

Он подошёл на шаг ближе, и мой взгляд скользнул по его мускулистой груди. Его магия ласкала мою кожу, согревая в тех местах, где я так хотела почувствовать его, шелковистое прикосновение согревало мою шею, грудь, между ног… Расплавленный жар охватил меня изнутри. Я была дико возбуждена, и инкуб Руадан питался моим желанием. Разжигал его сильнее.

Наконец, я посмотрела ему в глаза, и меня охватило жгучее вожделение.

Я расстегнула последнюю пуговицу. Платье упало, и я предстала перед ним в чёрном лифчике и трусиках, а мой пульс бешено колотился. На его челюсти дрогнул мускул, глаза снова стали чёрными, как бездна.

Вокруг него замерцал фиолетовый свет, и моё тело затрепетало от желания к нему. Его внимание было приковано ко мне, и только ко мне.

Уголки моих губ дрогнули в соблазнительной улыбке.

Этого оказалось достаточно, чтобы Руадан двинулся ко мне размытым чёрно-фиолетовым пятном, и он отбросил всю свою сдержанность. Он схватил меня, прижимая к стене, и камень впился мне в спину. Его мощное тело навалилось на меня. Я ахнула, мои ноги раздвинулись шире. Я выгнула шею и уставилась на него снизу вверх. Его мускулистое тело крепко прижималось ко мне, а глаза обжигали.

Руадан наклонился, чтобы поцеловать меня. После бурного начала я ожидала чего-то отчаянного, животного. Но он сдерживался. Его губы чувственно скользнули по моим — на удивление нежно, лаская. Я провела языком, углубляя поцелуй, и он ответил на это. Его руки обхватили мою обнажённую талию, затем двинулись вверх по рёбрам, давление его сильных пальцев оставляло жаркий след на моём теле.

Руадан отстранился от поцелуя, и я чуть не застонала. Затем его губы скользнули по моей шее, оставляя дорожку обжигающих поцелуев. Весь мой мир сейчас состоял только из его губ, его рук, его тепла. Он ласкал моё тело, одновременно целуя меня, пока его большие пальцы проходились по изгибам моих бёдер, забираясь под край трусиков.

Я двинула бёдрами ему навстречу, поощряя его прикосновения. Его большие пальцы скользнули ниже, проходясь по моей коже и дразня меня, и вот, наконец, один из его больших пальцев нежно скользнул мне между ног, и прикосновение было таким болезненно лёгким, что мне захотелось закричать. Я обхватила его лицо ладонями, настойчиво целуя его, требуя, чтобы он двигался быстрее, жёстче. Ещё одно убийственно лёгкое движение его большого пальца, и я застонала, сильнее прижимаясь к нему, вжимаясь в его руку. Я хотела, чтобы Руадан полностью отпустил себя.

Я обхватила его руками, притягивая ближе, и его поцелуй стал более диким от неконтролируемого желания. Затем его сдержанность, казалось, лопнула. С низким рычанием Руадан провёл длинным серебристым когтем по центру моего лифчика, разрывая его. Кончик его ногтя задел мою кожу, и чёрное кружево упало, обнажив мою грудь.

Он снова поцеловал меня, когти едва касались моей кожи, пока я не почувствовала, как они втягиваются обратно. Я извивалась под ним. Пока он целовал меня — на этот раз крепко — я застонала ему в рот, и моё тело пылало огнём. Мне хотелось от него большего, и жгучая боль между ног сводила меня с ума. Моя обнажённая кожа соприкасалась с его, гладкая и горячая. Я ещё сильнее вжималась в него бёдрами, задевала сосками его грудь. Я чувствовала, что никогда не смогу им насытиться, и мне нужно было, чтобы он сейчас же оказался внутри меня.