— Я нашел те маленькие шоколадные штуки с арахисом, которые ты всегда приносишь домой после таких мероприятий.

Он протискивается в круг рядом с ней, наклоняется, целует ее в висок и протягивает тарелку.

— Так что набрал тебе побольше.

— Ты лучший. — Она вытягивает губы, требуя поцелуя.

Он с удовольствием выполняет ее немую просьбу, и вся наша компания дружно издает преувеличенно недовольный стон.

— Снимите уже номер! — Брок демонстративно закрывает глаза ладонью.

Чтобы позлить его еще сильнее, они начинают целоваться еще увлеченнее, а Габриэлла хихикает прямо в поцелуй.

— Вы только посмотрите на них. — Ванесса вздыхает, глядя на них с мечтательной тоской. — Вот это отношения.

— Ага, — бормочу я, обхватывая себя за живот и придерживая локоть другой рукой.

Зак, мой муж, должен был приехать сюда пятнадцать минут назад.

Я ждала его на улице еще десять минут после времени, на которое мы договорились встретиться, чтобы войти вместе.

Но он так и не появился.

И на мое сообщение с вопросом, где он, не ответил.

Кстати говоря...

Я достаю телефон из сумочки и разблокирую экран.

Ни новых сообщений.

Ни пропущенных звонков.

Значит, он уже скоро будет здесь.

Правда?

— Все в порядке? — Ванесса хмурится и обеспокоенно кладет руку мне на плечо.

— Да, конечно, — слишком поспешно отвечаю я и убираю телефон обратно. — Но раз уж мы заговорили о еде... — Я киваю на Габриэллу с мужем, которые с любовью смотрят друг на друга и явно находятся в своем собственном мире. — Я умираю с голоду. Пойдем посмотрим, что там на шведском столе?

— Конечно. — Но хмуриться Ванесса не перестает.

Мы отдаем пустые бокалы проходящему мимо официанту и направляемся к столам в дальнем конце зала, протискиваясь между компаниями, которые занимают куда больше места, чем им действительно нужно, пока наконец не добираемся до буфета. Ванесса протягивает мне тарелку, и мы начинаем нагружать их закусками, пока удерживать все это добро, ничего не уронив, не превращается в отдельное испытание.

А Зака по-прежнему нигде не видно.

У меня начинает появляться нехорошее предчувствие.

Он ведь не мог… забыть про сегодняшний вечер.

Правда?

Когда мы возвращаемся, наша небольшая компания уже сбилась в тесный кружок и о чем-то перешептывается. Мы с Ванессой обмениваемся довольными взглядами.

Ну все. Сплетни начинаются.

— Так, кого обсуждаем? — Ванесса вклинивается между Габриэллой и Броком.

Габриэлла хватает меня за руку и тоже затягивает в круг.

— Эй! — шепотом возмущаюсь я.

Из-за ее маневра я едва не роняю аппетитную слойку с тарелки.

— Помните Юки? — тихо спрашивает она нас с Ванессой.

Я киваю и беру слойку.

— Это та, которая полгода назад отправила всему офису какое-то странное приветственное письмо, да?

Откусываю кусочек и едва не стону от удовольствия.

Боже, как вкусно.

— Она самая. — Габриэлла энергично кивает. — Оказывается, у нее был роман с Грегом.

— Да ладно. — Я распахиваю глаза и чуть не роняю тарелку.

Грег — наш генеральный директор и ярчайший представитель типа мужчин: «Посмотрите, как сильно я люблю жену и семью». Меньше всего я ожидала, что именно он заведет интрижку.

Тем более с кем-то из компании.

— Ага. — Габриэлла хихикает.

Ее муж осторожно забирает у нее пустой бокал и куда-то исчезает — скорее всего, за новым.

— И вскрылось все, представь себе, во время онлайн-собрания акционеров. Он, видимо, забыл размыть фон, и все участники получили прекрасную возможность увидеть Юки, которая в весьма откровенном виде кралась через комнату.

— Не-е-ет. — Я резко втягиваю воздух и опускаю остаток слойки обратно на тарелку. — Господи, это же умора.

А потом вспоминаю о бедной жене Грега.

— Ох, черт. Хотя Шарлотту ужасно жалко.

Теперь понятно, почему сегодня ее нигде нет. В прошлые годы она всегда старалась хотя бы немного пообщаться со всеми гостями за вечер.

— Вот именно. — Габриэлла крадет с моей тарелки одну из слоек и откусывает. — Надеюсь, она выгнала его к чертовой матери и отсудит у него все до последнего цента. Я бы с удовольствием работала под ее руководством.

— Эй, я вообще-то это ела! — Я тянусь за слойкой, но она быстро поднимает руку так, чтобы я не достала.

— У тебя там еще штук пятьдесят. Делиться полезно, подруга.

— Ты невозможна. — Я качаю головой, слегка толкаю ее локтем и снова откусываю от своей слойки.

Все еще невероятно вкусно.

— Кстати о невозможных… — Ее взгляд скользит по залу. — А где твой муж?

У меня скручивает живот, а кровь будто леденеет в венах.

Точно.

Его до сих пор нет.

Не говоря ни слова, я отдаю ей тарелку и снова достаю телефон из сумочки.

Семь сорок пять. Церемония начнется через пятнадцать минут. Он должен был быть здесь в семь. А это может означать только одно.