— Знаете что, — заговорила Кеннеди, повернувшись к нам. — Мне нравится думать, что вы сошлись исключительно благодаря моему вмешательству.

— Так это тебя мне надо «благодарить» за то, что у меня под носом спутались мой лучший друг и родная сестра? — проворчал брат, опуская Капитана Суши на пол. Кот сразу же направился к Дейзи и принялся заигрывать с ней, забавно трогая лапой за мордочку. — И почему я только сейчас об этом узнаю?

— Ты ему так и не рассказала? — уточнила я у Кеннеди. Когда та качнула головой, из меня вырвался смешок: — Пожалуй, ему и правда лучше не знать.

Хотя, если вспомнить, как брат выматывал мне кишки каждый раз, когда я пыталась с кем-то встречаться в старшей школе, это была самая настоящая карма.

— Полностью поддерживаю. Не очень-то хочется, чтобы меня гоняли с ножом по квартире, — подал голос Уэсли.

— Нет уж, я хочу знать! — настоял брат.

Кеннеди вопросительно выгнула бровь, глядя на меня. Я кивнула.

— Помнишь тот любовный роман про хоккеистов, от которого ты был в полном восторге?

Генри склонил голову:

— Я за последние месяцы их столько перечитал… Конкретизируй.

— И сколько же? — перебил его Паркер.

— О-о, чувак, — хохотнул брат. — Штук пятьдесят, не меньше. Это наркотик, я тебе говорю.

Кеннеди щелкнула пальцами, возвращая внимание Генри к теме:

— Самый первый, который ты прочел.

— А-а, — он понимающе кивнул. — Где был тот горячий список желаний? Ага, помню. Книга — просто огонь.

Паркер осторожно приблизился к подставке с ножами, оказавшейся в опасной близости от моего брата, медленно пододвинул её к себе и обнял, словно защищая ценный груз.

Генри закатил глаза.

— Поверь, от греха подальше мне лучше держать их при себе, — ухмыльнулся Паркер.

— Что за цирк я упустил? — поинтересовался Морган, входя на кухню с бутылкой вина. Следом за ним с кислой миной плелся Оуэнс. Судя по его виду, дело снова было в Валентине: свадьба уже на следующей неделе, а они до сих пор толком не разговаривают.

— Может, при таком количестве свидетелей он не станет устраивать поножовщину? — подкинула я мысль.

Генри оглядел присутствующих, с каждой секундой всё больше выходя из себя:

— Да объяснит мне кто-нибудь наконец, что тут происходит?!

— Скажем так, этот список отрабатывали на практике реальные люди, — беззаботно выдал Паркер.

— Чувак! — зашипел на него Уэсли, пока я смеялась.

— Вот сейчас не помешал бы попкорн, — заметила Кеннеди, шаря глазами по полкам кухонного шкафа.

Когда до брата наконец дошел смысл сказанного, он театрально изобразил рвотный позыв и отступил на шаг:

— Я беру свои слова обратно! Я не хочу ничего знать! — Он заткнул уши пальцами. — Ой, всё, всё, всё!

— Поздно, чувак, я уже всё сказал, — давился от смеха Паркер.

— Это тебе возмездие за то, что совал нос в мою личную жизнь, братишка, — выгнула я бровь. — Надеюсь, урок усвоен.

— А сейчас удачный момент, чтобы заодно признаться, что Генри завел Капитана Суши за день до того, как к нему въехала Кеннеди? — с невинным видом уточнил Уэсли.

— Что?! — заорала Кеннеди и ударила Генри по плечу. — И ты мне ничего не сказал?!

— Кенни, малышка…

— Никакая я тебе не малышка, Генри Андерсон! — зашипела она.

Паркер с Морганом прыснули от смеха, глядя, как Кеннеди скрестила руки на груди и одарила Генри таким уничтожающим взглядом, что тому только и оставалось, что уносить ноги.

— А ты, — брат ткнул пальцем в сторону Уэсли, — просто труп, Уэсли Беннет Хейз.

Когда матч закончился — «Ванкувер Шаркс», к сожалению, продули с разницей в одну шайбу, — гости мгновенно разбежались.

— Донован так и не выходил на связь? — спросила я Уэсли, загружая посудомойку.

— Я написал ему, но он только отмахнулся: мол, приехать не получится.

— А мне Аврора так и не ответила. — В душе росла тревога. С той самой пьяной вечеринки она ходила сам не своя, мрачнее обычного. Совершенно точно между ней и Донованом что-то стряслось. Вот только Аврора из всей нашей компании всегда была самой скрытной.

Уэсли подошел ближе и принялся накручивать прядь моих волос на палец.

— Знаю, ты переживаешь. Завтра поговорю с Морганом, хорошо?

Я улыбнулась:

— Спасибо, игрок.

Он тихо ухмыльнулся:

— Думаю, ко мне это прозвище больше не относится.

— Да неужели?

— Я теперь однолюб, малышка. — В его голосе прозвучала железная уверенность с легкой примесью самоуверенности.

— Кто бы мог подумать, что уроки флирта от главного бабника команды приведут меня сюда?

Он слегка отстранился, изучая моё лицо:

— Уроки флирта? — повторил он, пробуя словосочетание на вкус. — Так мы теперь это называем?

Я пожала плечами:

— А что, звучит отлично, правда?