— Никогда, — рычит он.

— Эйден, — протестую я, тихо смеясь. — У нас есть обязанности.

Он проводит рукой по челюсти, затем по животу. Я завидую этой руке.

— Нет, жена, — говорит он твердо. — Нет, — он поворачивается, и я вдыхаю воздух. Он наполовину возбужден, и его эрекция становится тверже, пока я смотрю, как он идет к кровати.

— Нам придется когда-нибудь вернуться.

— Они причинили тебе боль, — его челюсть сжимается. — Я никогда не верну тебя туда. Никогда, — его слова грубые.

Эмоции забивают мне горло.

— Тебе не нужно защищать меня вечно.

— Но я хочу, — его глаза горят, когда он приближается, и я смотрю, как сокращаются плоскости его живота, изгиб тазовой кости, сгиб колена. Элегантный, сильный, такой красивый, что у меня в животе все дрожит, когда я смотрю на него.

— Моя, — твердо говорит он. — Я не разделю тебя, Эмори.

— Твоя, — соглашаюсь я. Ему нужно это услышать сейчас.

— И это значит, что мы никогда не вернемся.

— Эйден, — остаток моего протеста проглатывается его телом, вдавливающим меня в кровать, слова выдавлены его весом.

— Никаких споров, — говорит он, покусывая мою шею. — Ты обещала быть послушнее, — его рука сжимает мою задницу.

— Я бы никогда, — выдыхаю я.

— Да, — он отстраняется, чтобы улыбнуться мне. — Ты бы никогда, и блять, мне это в тебе нравится.

— Я тоже тебя люблю, — говорю я ему. Я говорю это как можно чаще, потому что это заставляет его сиять, и я люблю видеть его счастливым больше всего на свете.

Он прижимается ртом к моему, скользит языком между моих губ и дразнит меня руками, пока я не начинаю скулить его имя и умолять взять меня.

— Повернись для меня, красивая девочка, — его большие пальцы скользят по моим бедрам.

Я поворачиваюсь, позволяя ему приподнять мои бедра и потереться эрекцией между ягодицами.

— Хорошая жена, — говорит он, входя. — Это... блять, — дыхание вырывается из него, когда он врывается внутрь, и я отталкиваюсь, чтобы принять его.

Я смеюсь, чувствуя, как он вздрагивает позади. Он шлепает меня по заднице.

— Думаешь, ты смешная?

Я кружу бедрами и снова слышу его сдавленный вздох. Он пульсирует внутри меня.

— Неважно, смешная я или нет, — говорю я, снова кружа. — Я могу заставить тебя кончить первым.

Он дергает меня вверх и прижимает к себе, моя спина выгнута, дыхание сбивается, его зубы на моей шее.

— Посмотрим, — он вбивается в меня, и я извиваюсь и стону.

— Я выиграю в этот раз, — выдыхаю я, пытаясь ухватиться за его руку, пытаясь вернуть контроль.

— Удачи, — рычит он. — Мне нравится смотреть, как ты пытаешься.

ГЛАВА 69. ЭПИЛОГЭйден

ГЛАВА 69. ЭПИЛОГЭйден

Я не дойду до свадьбы. Я сорву платье со своей жены до того, как она доберется до алтаря.

Не моей жены. Моей почти жены. Неважно.

Она продолжает дразнить меня селфи, как она готовится, и с меня достаточно. Я шагаю по дорожке к дому, Дасти скачет за мной. Он знает, что сегодня происходит что-то важное, и все утро был полон энергии.

Я знаю, что он чувствует. Мы произнесли частные клятвы прошлой ночью в саду, клятвы Эмори были нежными и искренними, с оттенком игривости. Мои заставили ее плакать. Черт, они и меня заставили плакать, пока мы просто смотрели друг на друга, как дураки с влажными улыбками. Когда мы поцеловались, это было на вкус, как соль и радость.

Я люблю этот вкус. Счастье настолько острое, что ты завидуешь самому себе. Радость настолько острая, что режет как нож.

Я с грохотом открываю дверь дома.

— Эмори, — кричу я. — Я знаю, что ты там.

— Ее нет, — Тристан поднимает взгляд от дивана, где листает телефон. Галстук-бабочка висит у него на шее, бутылка шампанского на журнальном столике. — Они уехали к Сиенне. Эмори сказала, что знала, что ты будешь крутиться рядом.

— Черт, — я падаю на диван. Тристан выглядит серьезным, что редкость.

— Что с тобой?

— У нас есть зацепка.

Удивление выпрямляет мою спину.

— О ней?

Тристан кивает, затем проводит рукой по лицу.

— Это происходит.

— Ну, черт, — я хлопаю его по плечу. — Это хорошо, Трис. Это действительно хорошо.

Он медленно кивает, и я не уверен, о чем он думает, но он уже давно ищет свою невесту. И теперь у него может быть шанс найти ее.

— Все меняется для семьи Принцев, — тихо говорит он, затем поднимает бокал шампанского. — За здоровье, старший брат, — он хлопает меня по спине. — За будущее. Папа бы гордился.

— Да, — я улыбаюсь брату, сердце полно, и мое будущее разворачивается передо мной. Оно кажется полным возможностей, как не было год назад. Она сделала это. Она понятия не имеет. Я бы убил за нее. Эмори, превыше всего. — Думаю, он бы гордился.

ГЛАВА 70. ЭПИЛОГ IIЭмори

ГЛАВА 70. ЭПИЛОГ IIЭмори