— И посмотрите, как замечательно получилось.

Майка бросил на него взгляд.

— Я создал новую семью вместо того, чтобы позаботиться о той, которая у меня уже была. Мы с Маркусом не можем исправить прошлое. Но ты не можешь продолжать жить в нём, Джек. Иначе оно сожрёт тебя заживо.

— Я вообще не думаю о прошлом.

Он кивнул.

— Просто запихиваешь его подальше, да? Складываешь всё в тёмный ящик и никогда не приподнимаешь крышку.

Его голос стал мягче.

— Но если посмотреть прошлому в лицо, признать его, тогда его можно отпустить. А если продолжишь игнорировать, все демоны внутри будут колотиться в стенки этого ящика, пока однажды не вырвутся наружу.

Он посмотрел на Маркуса.

— Тебе, кстати, тоже стоит об этом подумать.

Маркус фыркнул.

— Мы пришли не меня обсуждать. И мне нравятся мои демоны.

На этот раз фыркнули Док и Билли.

Я опустился на одну из скамеек, сгорбился и закрыл лицо руками.

Я ненавидел то, что Майка был прав.

Слишком долго я держался за свою ярость.

Выплёскивал её в хоккее.

Наказывал любого, кто, как мне казалось, перешёл мне дорогу или обидел тех немногих, кому я был предан.

Наказывал Авиву.

Так долго ей не доверял.

И даже когда начал доверять...

Всё равно ей не поверил.

Кара села рядом со мной.

— Джек, почему ты сегодня ударил своего товарища?

Майка усмехнулся.

— Потому что Айзек начал нести дерьмо про его девушку.

Он даже не посмотрел на меня, чтобы получить подтверждение.

— Я столько всего просрал, — пробормотал я в ладони.

Кара рассмеялась.

— Они тоже.

Она имела в виду моего брата, Конора и Люка.

— Иногда любовь заставляет хороших мужчин совершать плохие поступки.

Я не стал спорить.

Я любил Авиву.

Но уже не был уверен, что она любит меня.

— Она мне не предана.

— А ты предан ей? — спросила Кара.

Я пожал плечами.

Перед глазами возникло лицо Авивы, когда я сказал, что её брат врёт.

Она выглядела не злой.

Она выглядела разбитой.

— Она думает, что тренер... — Я замолчал. — Что он сделал кое-что по-настоящему ужасное. Но я его знаю. Он никогда бы...

Кара осторожно отвела мои руки от лица.

— Джек. Посмотри на меня.

Я посмотрел.

Нетрудно было понять, почему мой брат так отчаянно хотел, чтобы она принадлежала ему.

Кара была красивой: рыжие волосы, огромные золотисто-карие глаза.

Но в ней было ещё что-то.

Даже не знаю.

Стальной стержень, окружённый какой-то мягкой, светлой радостью.

Первое напоминало мне Авиву.

А второе...

Я хотел этого для неё.

Хотел подарить Авиве такую же лёгкость и радость, какую мой брат подарил Каре.

— Смотрю, — хрипло ответил я.

— Только не слишком внимательно, — донёсся голос Конора, явно не в восторге от того, как я смотрю на его женщину.

Кара его проигнорировала.

— Иногда хорошие мужчины совершают плохие поступки ради любви. Но очень часто влиятельные мужчины совершают чудовищные поступки ради ещё большей власти. А харизматичные? Они умеют отлично это скрывать. Поверь мне, Джек: слушай своё чутьё. Даже если заставлял его молчать много лет. Пока не стало слишком поздно.

Она не успела продолжить.

Дверь распахнулась, и в раздевалку вошла моя команда.

Тренер зашёл последним.

Айзек даже не посмотрел в мою сторону.

— Эм... — Джуда уставился на Кару. — Ты горячая, но весь этот эскорт явно лишний.

Люк зарычал.

— Глаза убрал, — рявкнул Конор.

Тренер прочистил горло.

— Вам всем нельзя здесь находиться.

Маркус выпрямился и молча посмотрел на тренера сверху вниз.

Лицо Дженсена начало краснеть.

— Мы как раз уходим, — вмешался Майка.

Он подошёл к нам и протянул Каре руку.

Она вложила свою ладонь в его.

Все семеро направились к выходу, но у самой двери Кара остановилась и потянула Майку за руку.

Затем подняла взгляд на тренера.

Он возвышался над ней.

Но почему-то именно в этот момент казался маленьким.

— Знаешь, Джошуа, мужчины, которые изо всех сил стараются казаться самыми могущественными, зачастую оказываются самыми слабыми. Разве не так?

Теперь лицо тренера побагровело окончательно.

— Я не знаю, кто вы такая... — начал он.

Кара пожала плечами.

— И не нужно. Зато я знаю, ктоты . Такие женщины, как я, женщины, которым уже причиняли боль, всегда узнают таких, как ты.

Майка оглянулся на меня.

— Береги свою преданность для тех, кто её заслуживает, Джек. Позвони, если захочешь поговорить.

И они ушли.

Оставив меня с озадаченной, заинтригованной командой и тренером, который выглядел так, будто вот-вот взорвётся.

Слова Кары снова и снова звучали у меня в голове.

Она увидела в нём что-то, чего не видел я.

Или не хотел видеть.

38

Джек