Подцепив пальцем край эластичной повязки у локтя, я медленно стянула ее и со свистом выдохнула, растирая перетянутую, бледную кожу. Метка казалась мне унизительным плевком в душу от самой судьбы. Каждый случайный взгляд на нее бередил старые раны в душе, что, кажется, никогда не затянутся и не станут болеть меньше.

Развернув руку к свету фонаря, я впилась пустым взглядом в метку. Белоснежный цветок аконита смотрел на меня с кожи укоризненно. Словно насмехаясь. Подумать только. Моя метка истинности — как смертельная отрава для любого оборотня. Судьба улыбалась мне своей клыкастой пастью, вырисовывая именно это проклятие на моем теле.

Ее видела только я. Никто больше в этом мире. Но такая же метка была и на его руке. Я видела размытое фото в местной газете. На его руке и руке его законной жены Анжелы были абсолютно одинаковые метки.

Как такое вообще могло быть, я не знала и не понимала. Думать об этом означало только продлевать свою агонию.

Нам не суждено быть вместе.

Подняв усталый взгляд на настенные часы, я тихо присвистнула. Почти два ночи. И тут же едва не взвизгнула в голос от внезапно полоснувшей по руке дикой боли. Метка вспыхнула так, словно кто-то поднес огонь прямо к моей коже. И в ту же секунду со стороны окна послышался отчетливый хруст ломающихся веток и подозрительный шелест кустов в саду.

Быстро спрятав метку под рукав, я подбежала к окну и, аккуратно задрав край жалюзи, выглянула. Ничего там не увидела в сгустившейся тьме. Липким страхом обожгло нервы, когда я с ужасом поняла, что прямо над кухней, где я стою, была комната моего сына.

Метнувшись по лестнице, в панике перепрыгивая через ступеньки, я буквально влетела в детскую комнату. Но окно было плотно закрыто, а сын мирно спал в своей кроватке, раскинув ручки. Ничего не изменилось. Он был в безопасности.

Я понимала, что, возможно, у меня просто разыгралась паранойя, и я слишком сильно напугана тем фактом, что прошлое вновь врывается в мою жизнь спустя два года.

Схватив толстовку с вешалки у двери и вооружившись фонариком, я тихо вышла на улицу.

Подсвечивая себе под ноги, я начала осматривать территорию. С каждым сделанным шагом мне становилось всё больше не по себе.

Стоило мне только подойти к кустам под окном кухни, как сердце с размаху ухнуло в пятки, а руки пробило такой неконтролируемой дрожью, от которой у меня едва фонарик из рук не выпал в траву.

Влажная земля на клумбе была сильно примята. Огромные, глубокие отпечатки когтистых лап четко выделялись в свете луча.

Это точно не могла быть собака. Слишком сильно продавлена земля, и слишком большие следы.

Волк... Это были волчьи следы.

Круто разворачиваясь, чтобы бежать обратно в дом, я сделала один быстрый шаг вперед и взглядом наткнулась на того, кто эти следы оставил. Воздух болезненно застрял в горле, мгновенно превращаясь в битое стекло.

Передо мной стоял огромный черный волк.

И смотрел алыми как кровь глазами прямо мне в душу.

Глава 3. Кто

Мы замерли друг напротив друга. Напряженно. Опасно. Огромный черный волк дышал тяжело, его мощная грудина ходуном ходила от рваных вдохов, в то время как я старалась вообще не дышать, сливаясь с темнотой ночного сада.

В моей груди словно пожар начался от острой, критической нехватки кислорода, но это было в тысячи раз лучше, чем позволить его запаху впиться мне в душу. И окончательно разорвать её на кровоточащие куски.

С первого взгляда, с первого случайного вдоха я поняла, кто именно стоял передо мной в этой тьме.

И пусть Ареса в обличии волка я никогда в жизни не видела это совершенно не мешало мне безошибочно почувствовать его всем своим существом.

Мир вокруг нас замер недвижимо, превращаясь в хрупкое стекло, готовое разлететься от малейшего звука.

Мои ладони мгновенно похолодели и затряслись мелкой, противной дрожью. Свет от фонарика в моих руках беспорядочно замелькал по влажной земле, выдавая мой панический страх.

Мне стоило прямо сейчас бежать. Развернуться, влететь в дом и запереть все двери на засов. Звонить Коулу, звонить Джулиану, поднимать тревогу. Забрать спящего ребенка, схватить документы и бежать как можно дальше отсюда, пока он не растерзал нас обоих.

С трудом сглотнув вставший поперек горла ком, я осторожно, на негнущихся ногах, отступила на полшага назад.

Но тут же чуткие уши зверя агрессивно прижались к огромной голове. Мордой он подался вперед, глухо рыча и оскаливаясь. Обнажая смертоносные клыки.

Я вновь замерла. Вот только зря.

Я и глазом моргнуть не успела, как этот монстр в один прыжок оказался прямо рядом со мной. Вжимаясь своей тяжелой, мощной мордой прямо в мой живот.

Его низкое, вибрирующее рычание отдавалось в моих костях вибрацией похоронного марша, парализуя остатки воли.

Загрызёт. Сейчас точно загрызёт...

Сглотнув вязкую слюну, я лихорадочно думала, как же мне выпутаться из этой безвыходной, смертельной ситуации, если он набросится.