— Хорошая девочка, моя охуенная... — бормочет Данил и сильнее в меня толкается.
Снова лижет ареолы, прикусывает соски. Я извиваюсь под ним, сама подаюсь навстречу толчками, насаживаясь на его член. Мучительно жгуче-острая боль уходит, сменяясь нарастающей сладкой пульсацией.
К высшей точке наслаждения я подлетаю с сиплым криком «Данил!» и четким осознанием, что все те оргазмы, до которых я доводила себя сама — всего лишь бледный отголосок того, что я испытываю на члене Севера. С его членом глубоко внутри. С тяжелым мужским телом, которое давит сверху.
И от этого судорожный спазм сотрясает мое тело снова и снова.
Друзья, в рамках акции портала продолжаются скидки до 35% на все мои книги на обоих аккаунтах. Кто еще не читал, как раз можно это сделать сейчас по хорошим ценам. Скидки здесь:
Тала Тоцка:
Дина Ареева:
Глава 30-1
Север
Яна кончала так красиво, что у меня чуть не сорвало крышу. Сильно, ярко, громко.
И долго. Мучительно долго. Ее тоненькое тело чуть ли не ломалось в моих руках, так крепко я ее сжимал.
Она извивалась, а сама сокращалась в судорогах и внутри, и снаружи.
Это первый ее оргазм с членом, и сука такой, что сам не понимаю, как сдержался. Особенно, когда она внутри мой член сжала и пульсировать начала.
Просто лютейший пиздец. Я держался из последних сил, потому что в нее нельзя было — мы без защиты.
Чего спрашивается без защиты полез? Ну уже полез. Хотелось ближе ее почувствовать, понадеялся, что успею вовремя выйти. Только Янка внутри оказалась такой узкой и тесной, что меня разъебало по полной.
Мне хочется вечно смотреть на тонкие пальцы, сминающие простыню. На ее разметавшиеся по подушке волосы. На прикушенные подпухшие губы и лихорадочный румянец, проступивший на скулах.
Наклоняюсь, целую ее истерзанный моими же поцелуями рот.
Девчонке понравилось кончать на моем члене, я вижу. Но хочу, чтобы она сама это сказала.
— И как тебе с членом внутри, Яна? — хрипло проговариваю, не переставая скользить языком между влажными губами. — Зашло?
Она молча кивает, сглатывая, но меня такой молчаливый ответ не устраивает. Хочу услышать, как она это своим охрипшим от стонов голосом скажет.
Давлю пальцами на щеки, подтягиваю повыше.
— Вслух скажи. Говори: «Мне понравилось кончать на члене Данила Северова».
Она тянется вверх, опираясь на локти, улыбается. Отрывает мою ладонь от лица и целует меня в подбородок, кусает несильно.
— Я люблю член Дани Севера. Все, доволен?
И обратно на спину валится. А я же до сих пор в ней, и до сих пор без оргазма.
Хулиганка моя.
Сгребаю в охапку, сажусь в кровати и за колени хулиганку на себя тяну.
— Еще хочешь?
Хотя это больше я хочу посмотреть, как он снова кончит. Походу я конкретно подсел на это зрелище — оргазм Янки Велесовой.
— Не знаю, Дань, — она с сомнением смотрит, а я ее уже на себя натягиваю.
Резко толкаюсь, Яна вскрикивает. Пальцами хватается за постель и пробует свести коленки.
Нихера. Не дам.
Развожу их сильнее в стороны, давлю локтями. От ее раскрытого вида в глазах темнеет, от паха до затылка простреливает тысячевольтным разрядом.
Смотрю туда, где наши тела спаиваются, где я в нее врастаю, и вдавливаюсь пахом так сильно, что между нами не остается ни миллиметра.
— Как же в тебе охуенно... — стону сквозь сцепленные зубы. Потому что в ней и правда пиздец как приятно.
Вдавливаюсь, толкаюсь, вращаю бедрами, приподняв девчонку за колени.
Держу ее на весу, она рвано дышит, выгибается. Мы зрительный контакт не разрываем, пожираем друг друга взглядами, сжигаем.
Опускаю ее обратно на матрас, развожу колени еще шире. Смачиваю слюной пальцы, развожу разбухшие влажные створки и нахожу клитор.
— Ну что, Яночка, кончишь для меня? — мой голос звучит надсадно, сипло. Яна сглатывает и кивает, прикрывает веки, но я окликаю. — Эй, на меня смотри!
Она послушно открывает глаза.
— Хорошая девочка, — шиплю и резко вбиваюсь. Выписываю по влажной плоти круги, не сбавляя темпа.
Янка снова течет, течет и расслабляется. Мне теперь свободнее внутри, стенки не так давят. В голове нарастает гул, но я оттягиваю приближение оргазма — хочу, чтобы моя девочка кончила первой. И тогда я ее догоню.
В ней жарко и тесно, держаться все сложнее. Хочется нарастить темп, но если я ускорюсь, то слечу с тормозов и точно потеряю контроль. И тогда меня будет уже не остановить.
По венам будто кипяток гонят. Кровь грохочет в висках, мышцы живота сводит, приходится время от времени задерживать дыхание.
От затылка до поясницы прокатывается горячая волна, за ней другая, и каждая следующая сильнее предыдущей. Нервные окончания словно оголились — даже от собственных прикосновения к Янкиной коже прошибает током.
Блядь.