— Все хорошо? — спрашивает. У меня нет сил говорить, и я молча киваю. — Тогда попробуем сходить в душ?

Глава 22

Север

Мне было мало. Так мало, что если сравнить с гонками, то я только пристегнулся. Даже двигатель завести не успел. А мы уже обратно летим.

Я не представлял, какая Янка охуенная. То, что она красивая, я знал. Но бля...

Сжимаю Янкину руку, она поворачивает голову. Смотрит удивленно.

— Что, Дань?

Дань... Так кайфово у нее это звучит!

Наклоняюсь к ее уху, шепчу:

— Я тебя голую вспоминаю, как ты кончила в душе. Теперь у меня стоит.

Она вспыхивает. Реально краснеет.

— Данил!

— Не веришь? Проверь.

Делаю вид, что тяну ее руку к паху, она в панике оглядывается по сторонам. Смеюсь и целую в раскрытую ладонь. Нежную, теплую.

А лучше бы туда поцеловал. И не только поцеловал. Вылизал бы всю, как она меня. Но нельзя.

— Дань, давай поспим, — Яна мостится у меня на плече.

Переплетаю пальцы, прижимаюсь щекой к ее макушке.

— Давай. Спим.

Закрываю глаза, а перед глазами вчерашняя ночь встает.

Я принес Янку в душ, она руками прикрылась. Перемазанная спермой, моей спермой. Мной помеченная. Рука, живот, грудь.

— Я сама, Данил...

Я говорить не мог, только хрипел.

— Нет, Яна, я вместе с тобой хочу.

— Но я не хочу, чтобы ты видел...

Видел, как она мучительно стесняется. Оглянулся по сторонам. Взял маленькое полотенце, обернул ей вокруг бедер.

— Ну все, так я ничего не вижу. Иди сюда...

Подошел, взял ее за талию, притянул к себе.

Она чуть вздрогнула, но не отстранилась. Наоборот, потянулась ко мне, провела рукой по моей груди, пальцы подрагивали.

От ее прикосновений по коже побежали мурашки. В паху все сжалось и скрутилось в твердый узел.

— Ты не представляешь, как я тебя хочу, — выдохнул ей в ухо.

Она вскинула голову, глаза широко раскрыла. Задышала быстро.

— Дань… — зашептала, — я тоже тебя хочу.

Я включил душ, смыл сперму.

Вода шумела, стекала по ее телу. Янка смотрела на меня, ее глаза блестели, щеки раскраснелись, губы были приоткрыты. Она дышала так, будто кислород в легких вот-вот закончится.

Я погладил ее по спине, пальцы заскользили по влажной коже, поднялись выше.

Яна всхлипнула, облизнула губы. Я наклонился к ее шее, провел языком от ключицы вверх, прикусил. Она застонала и вцепилась в мои плечи, ногти царапнули кожу.

— Расслабься, Янка, — шепнул ей в шею, — не зажимайся.

Накрыл руками полушария, языком протолкнулся в горячий рот. Она сразу же ответила, подалась навстречу.

В моих ладонях ее полукруглости ощущались пиздец как возбуждающе. Перекатил их в ладонях, потрогал, зажав пальцами соски.

Они у нее пиздец какие красивые. У меня от одного вида в ушах зашумело. По позвоночнику потекла горячая струя и расползлась по всему телу, разжигая пожар.

— Даня, Данил, — выдохнула Яна. Она не прикрывалась, наоборот — выгнулась, дала мне доступ.

И я принял как сигнал к действию. Наклонился, провел языком по затвердевшей вершинке.

— Ааах, — вскрикнула Янка, поднимаясь на носочки.

Всосал, вобрал ртом твердую горошину. Яна громко застонала, и я вместе с ней, потому что она нашла рукой мой член.

Сначала несмело, потом уже решительнее погладила, потрогала, обхватила.

— Блядь, Янка, ты меня сведешь с ума, — зарычал, прижимаюсь к ее уху. — Я тебя сейчас разорву.

Она мотнула головой, задрожала, но не отпустила.

— Дань… хочу тебя… так хочу…

Нас обоих потряхивало. Где они взялись эти ее месячные? Мы бы уже трахались наверное по третьему кругу. И похуй было бы, что это ее первый раз.

Развернул Яну к себе спиной, одной рукой прижал к груди, второй погладил по животу. Она чуть не задохнулась, ладонями впечаталась в стенки душевой.

Наклонился, провел языком по ее плечу, медленно опустился ниже, прикусываю кожу. Ее дыхание сбилось, она застонала, выгнулась дугой в моих руках.

Меня неслабо крыло, вся кровь из организма давно стекла в члене. Казалось, его сейчас разорвет.

— Дай мне себя, Янка, — зашептал в ее волосы. — Дай себя.

— Дань, ты вымажешься... — пробормотала она.

— Да похуй...

Яна задвигала бедрами навстречу моей руке. Ее дыхание было рваным и прерывистым. Я скользил пальцами между ее ног.

Ее тело выгибалось, я чувствовал, как она вся горит изнутри. Схватила меня за руку, но не оттолкнула — наоборот, прижалась сильнее.

— Дань… пожалуйста…

Влажной рукой обхватила член.

И все блядь, все. Я сорвался. Одной рукой сжал ее грудь, другой нашел бугорок между складками. И правда похуй было, если вымажусь.

Сминая грудь, толкнулся в руку Яны. Она извивалась, стонала, выгибалась. Пальцами цеплялась за плитку.

— Да… Дань… еще…

Кончала громко, бурно, затем взмокшая повисла на моих руках. Прижал ее к себе обеими руками.

— Все хорошо, малыш, ты прелесть.