Растерянно застываю. Присаживаюсь на корточки и перевязываю шнурки. Они в порядке, просто ни чего не придумала лучше.
Не могу просто так пройти мимо. Не хватает духу.
Внезапно замечаю Громову. Она подходит к Данилу своей уверенной подходкой, покачивая бедрами.
Блин, как это красиво. Почему я так не умею?
Вика перекидывает через плечо свои длинные ухоженные волосы, ее взгляд уверенный и дерзкий.
Она останавливается совсем близко возле Данила, наклоняется к его уху, что-то говорит. Легко скользит рукой по его бедру. Задерживает...
У меня перехватывает дыхание. Этот жест такой интимный и такой доверительный. Она раньше так не делала. И Данил не позволял. По крайней мере я не замечала. А сейчас...
Неужели это значит?..
Север чуть незаметно напрягается. Секунду стоит неподвижно, аккуратно перехватывает ее запястье.
Не грубо. Не резко. Просто крепко. Что-то говорит, глядя ей в глаза. Возможно, не хочет, чтобы она так делала на глазах у всех?
Не могу дышать, глаза застилает пелена.
Вика не убирает руку, тянет время. Усмехается, что-то отвечает. Север качает головой.
Не отстраняется резко, но любому со стороны понятно — они пара. И они выясняют отношения. По крайней мере, мне все предельно ясно. Даже не знаю, почему. Мне не нужно слышать, о чем они говорят. Достаточно видеть.
Они были вместе.
Но когда? Мы же вчера с Данилом катались по вечернему городу, пили кофе. А сейчас я смотрю на них с Громовой и ясно ощущаю, что между ними был секс.
Но почему? Почему я это чувствую? А, главное, когда он у них был?
Нет, это все бред. Это все мое больное воображение.
Выпрямляюсь, сжимая лямки рюкзака, и встречаюсь взглядом с Севером. Он смотрит в упор, смотрит прямо в глаза, и я откуда-то понимаю.
Он после меня вчера поехал к Громовой. Они трахались. Боже, как это мерзко.
Но я же не жду от него ничего. Не жду. Не жду. Почему тогда хочется провалиться сквозь землю? Почему становится так больно?
Срываюсь с места и быстрым шагом, почти бегом, пересекаю университетский двор. Пальцы мелко-мелко дрожат. В груди все стягивается в плотный узел.
Я не понимаю, зачем он приходил ко мне с цветами. Можно было просто поблагодарить в универе.
Зачем звал кататься? Зачем смотрел так, как смотрел? Зачем было все то, что было, если это ничего не значило?
Если он потом поехал к ней...
Глава 8
Север
С самого утра настроение такое, что лучше бы я не просыпался.
Голова тяжелая, пустая, бесит тупо все.
Иду в душ и в зеркало на себя стараюсь не смотреть — тошно.
Можно было бы и не ехать в универ, но я зачем-то туда тащусь.
Заруливаю ко входу, глушу двигатель и сразу ее вижу — Велесову. Идет через двор, глаза ищут кого-то. Сразу понимаю, кого. От этого только хуже делается.
Жду, пока пройдет, и только после этого выхожу из машины.
Стоим с Максом возле аудитории, ждем препода. Макс что-то рассказывает, ржет. А я не слышу. Потому что вижу, как она ко мне идет.
Улыбается. Легкая такая. Живая такая, светится вся. А я...
А я как последний мудак даже в глаза ей посмотреть не могу. Просто, блядь, не могу. Мне кажется, если глаза подниму, она сразу все поймет. Что я после нее вчера к Громовой поехал. И что ее трахнул.
Вот нахуя? Я сам сейчас с себя охереваю.
Яна спрашивает про плечо. А я блядь стою как дерьмом облитый.
Все, что могу — буркнуть какую-то херню. Потому что язык как деревянный, шевелиться отказывается.
Просто стою, смотрю в пол и чувствую себя днищем. Полным уебком.
Она уходит. Спокойно так, походу и правда про плечо спросить хотела. Но мне от этого только хуже. Намного хуже.
Макс смотрит на меня, ухмыляется:
— Ты чего-то тупишь, братан. Не выспался?
А я только киваю. Пусть думает, что туплю.
После лекций выхожу с парнями на улицу. Хочется просто сесть в машину и уехать к черту отсюда.
И тут Вика. Нарисовалась как по заказу. Улыбается, волосы перекидывает через плечо. Встает прямо передо мной, чтобы не обойти.
— Дань, ну чего ты весь день как чужой? Избегаешь меня... Пойдем кофе возьмем? Или может пообедаем вместе?
Она прямо липнет. Открыто. Даже не притворяется.
Если бы я вчера не трахал ее, сейчас бы спокойно сказал «отъебись». А теперь нельзя так взять и макнуть ее перед всеми парнями.
Я сам виноват. Сам дал ей этот гребаный повод.
— Не хочу, — буркаю, но Вика только наглеет.
— Да ладно тебе. Хочешь, ко мне поедем?
Она уже внаглую ко мне прижимается. Макс рядом ржет.
— Вы еще тут ебаться начните!
А я замираю, как вкопанный. Потому что в этот момент вижу ее. Велесову.
Янка стоит возле корпуса, прямо на меня смотрит. На нас.
Видит, как Вика на мне висит. И я откуда-то понимаю — она все знает. Про вчера, про то, что я был с Громовой.