— Видите ли, ничего из этого на самом деле не настоящее. Более пяти лет назад мне сделали предложение. Мне сказали, что я выхожу замуж за сына владельца бизнеса, который пытается нас выкупить, чтобы создавалось впечатление, будто «Miller Industries» не создает монополию. Я бы хотела сказать вам, что мой Instagram был настоящим, но это тоже было прописано в контракте. Мои волосы? Мои слова? Моя внешность? Все было внесено в контракт, и знаете что? Сразу после этого выступления он отправится прямиком на мою страничку в соцсетях.

Челюсть Джесси отвисла, но впервые в жизни она выглядела гордой. Боже, как же это было приятно. Надо было сделать это уже давным-давно.

— Контракт истекает сегодня, — произнесла я в микрофон. — Последние пять лет своей жизни я посвятила написанию величайшей автобиографии… — ложь. — …о токсичной динамике этой семьи, о тех ужасных вещах, которых Мартин требует от своих сотрудников, и о страданиях всех нас, попавших в сети Мартина и Аллена. Я с радостью продам ее тому, кто предложит наивысшую цену.

Мартин вырвал микрофон у меня из рук, толкнув меня прочь со сцены. Я оступилась на каблуках, но кто-то успел подхватить меня за руку.

— Ах ты, глупая шлюха! — заорал он на меня, его лицо стало свекольно-красным.

Я знала, на что он способен. Знала, что он пойдет за мной. И только тогда до меня дошла вся реальность того, что я только что натворила.

Мне нужно было уходить, и как можно быстрее.

Я даже не поблагодарила того, кто меня спас. Я рванула со сцены и бросилась к выходу через черный ход, остановившись только для того, чтобы сбросить каблуки на бегу на улицу.

Когда меня обдал свежий воздух, тяжесть содеянного всей своей массой давила на меня.

О Боже, теперь все знают. Это разлетится мгновенно. Если это не станет вирусным, я буду шокирована.

Я оставила сумочку и все вещи внутри зала, но понимала, что не могу вернуться туда. Если я сделаю это, меня зажмут в угол или просто вышвырнут.

— Лили! — услышала я крик и повернулась, увидев Джесси, выбегающую из здания. В руках она держала мою сумочку. — Блять. Мне так жаль, что я вообще в тебе сомневалась. Поверить не могу, что ты только что это сделала!

— Я… это было не запланировано, — сказала я. — Но когда они попытались заставить меня пройти через все это снова, да еще и прикрываясь беременностью, я просто не могла им позволить.

— Ты поступила правильно.

— Меня сейчас вырвет, — пробормотала я, и Джесси подтолкнула меня к кустам. Она гладила меня по спине, пока я опустошала содержимое своего желудка.

— Ты просто крутая, — сказала она. — Никто этого не ожидал. Ты была потрясающей там, на сцене.

— Он ненавидит меня, — произнесла я, вытирая губы.

— Кто? Мартин? Да пошел он. Он всегда тебя ненавидел.

— Себастьян.

— Я думала, вы ладите.

— Моя мама добралась до него первой.

— Я не знаю, стал бы он… — она осеклась, но затем покачала головой. — Поговорим об этом позже. Нам нужно убираться отсюда.

Она медленно помогала мне подняться, когда дверь зала с грохотом распахнулась. Я вздрогнула. Повернувшись, я ожидала увидеть либо свою мать, либо репортеров TMZ, преследующих меня.

Но это был Себастьян.

Я гадала, выскажет ли ему Джесси или же он начнет отчитывать меня за то, что я выболтала все и всем. Я не знала, что из этого будет хуже.

Но узнать мне так и не довелось, потому что меня снова вырвало. Когда я наконец выпрямилась, в мою руку ткнули чем-то холодным.

Я опустила взгляд и увидела баночку имбирного эля, а к ней прилагалась рука Себастьяна.

— Нам пора идти, — сказала Джесси. — Как только они поймут, где ты, здесь начнется полный пиздец, и… тебе, вероятно, стоит осмотреть руку.

— С моей рукой все в порядке, — пробормотала я, но тут же поняла, что Джесси смотрит вовсе не на меня.

Она смотрела на Себастьяна, у которого рука была красной, распухшей и со сбитыми костяшками. Я открыла рот, чтобы спросить, что, черт возьми, произошло, но вместо этого подавила очередную волну тошноты.

— Тебе понравилось? — спросила Джесси.

— Неимоверно, — ответил Себастьян.

— Что? — переспросила я, наконец взяв под контроль свой желудок. — Что с твоей рукой? Что, блять, происходит? Почему ты принес мне имбирный эль?

— Я подумал, что после того, что ты выкинула, стресс даст о себе знать, — сказал Себастьян, мягко улыбаясь мне. Я лишь уставилась на него. Разве он не должен меня сейчас ненавидеть?

— Это очень мило, Себастьян, но на тебя сейчас точно вызывают полицию.

Он практически прорычал:

— Я в курсе.

— Какого, блять, хрена произошло? — повторила я, переводя взгляд с одного на другого.

— Себастьян врезал Мартину сразу после того, как ты убежала, — сообщила мне Джесси.

— Что? — закричала я.

Дверь снова распахнулась, и Джесси схватила меня, увлекая прочь от надвигающегося взрыва толпы. Когда мы забрались в арендованную машину, я увидела, как люди высыпали наружу, а наш автомобиль осыпали вспышками фотоаппаратов, пока мы уезжали.