— Черт, а я надеялась, мы сможем нормально поболтать.

— Мама планирует устроить для нас вечеринку в честь пятилетия свадьбы через пару месяцев. В последний день действия контракта.

— Серьезно? И ты пойдешь?

— Ну да, на прощание. Мы могли бы встретиться до того, как все окончательно развалится.

— Так вы не собираетесь это продлевать?

— Нет, — ответила я. — Мы оба не хотим.

— Ладно. Может, я буду свободна. Скинешь подробности?

— А ты ответишь?

Джесси опустила взгляд, но кивнула.

— Хорошо, тогда скину.

Джесси вздохнула и покачала головой:

— Договорились. До встречи?

Я лишь кивнула и осталась смотреть ей вслед, надеясь, что все это не закончится плохо.



Семейную фотосессию решили устроить прямо в доме Мартина. Мама устроила целый прием с едой и напитками – вот только все это предназначалось для кого угодно, кроме меня. Стоило приблизиться к столу, как она бросала испепеляющие взгляды в мою сторону.

На мне было красное сверкающее платье, понадобилось около часа, чтобы в него влезть. Оно казалось тяжелым и неудобным, а от плотного макияжа кожа неприятно чесалась.

Себастьяна быстро втянули в разговор его отец и Хизер, которая то и дело бросала на него взгляды, будто искала повод остаться с ним наедине. Я старалась подавлять уколы ревности – ведь я знала, что Себастьян ничего себе не позволит, – и честно пыталась поддерживать светскую беседу. Мать, к несчастью, буквально преследовала меня, не уставая повторять, что мне пора изменить цвет волос и похудеть, хотя Себастьян уже делал ей замечание.

— Он может сколько угодно говорить, что его все устраивает, — не унималась мать, — но ты только взгляни на себя и на Хизер. Это же две абсолютно разные лиги.

Сердце болезненно сжалось. Не потому, что я сомневалась в Себастьяне, а потому, что эти упреки были последним, в чем я сейчас нуждалась. Когда мы уселись за ужин, мать лишь вручила мне тарелку с салатными листьями и велела занять место возле мужа.

— Ты правда намерена есть этот салат? — тихо спросил он.

— А ты как думаешь? — пробормотала я.

Себастьян чуть прищурился.

— Все в порядке, — попыталась улыбнуться я.

Он наклонился к самому моему уху:

— Там есть потрясающий пирог. Я припасу для тебя кусочек, встретимся около дамской комнаты.

— Это, пожалуй, самые соблазнительные слова, что я от тебя слышала.

Мы ужинали в молчании, позволяя остальным вести неспешные беседы вокруг нас. Расправившись с салатом, я незаметно ускользнула к указанному месту, где меня уже поджидал Себастьян с щедрым куском яблочного пирога.

— О боже, спасибо тебе огромное, — выдохнула я, принимая у него угощение. Я откусила кусочек и тут же скривилась:

— Оу. А пирог, оказывается, далеко не самый вкусный.

— Серьезно? — Он тоже попробовал и качнул головой:

— И правда, у него странное послевкусие.

— Понятия не имею, что с ним не так, но я все равно его съем. Невкусный пирог куда лучше салата.

— Я совершенно без сил, — признался он. — Мечтаю лишь о том, чтобы этот вечер поскорее закончился.

— Как и я, — со вздохом я предложила ему еще кусочек.

— Когда все закончится, — тихо произнес он, — я хочу уехать в отель и больше оттуда не выходить.

— Это можно устроить. Опубликую какой-нибудь интригующий пост, и все подумают, что мы невероятно увлечены друг другом на эти выходные.

Себастьян изогнул бровь:

— А к посту прилагается сам процесс?

— Прилагается, если ты этого хочешь.

На его лице промелькнула соблазнительная ухмылка. Он забрал тарелку и одной рукой притянул меня к себе:

— Ты же прекрасно знаешь, как сильно я этого хочу, — с легкой хрипотцой проговорил он.

— Нам нужно лишь дотерпеть до фотосессии, — прошептала я.

Он чуть сильнее прижался ко мне. Я прислонилась к стене, которая стала опорой для нас обоих.

— Это помогает, — тихо выдохнул он. — Ты меня спасаешь.

Я уже тянулась за поцелуем, но меня отвлек звук шагов в коридоре. Я выглянула из-за плеча Себастьяна; из-за угла вывернула Хизер и мгновенно застыла. Она могла видеть лишь мое красное платье и спину Себастьяна, но ее челюсть отвисла.

— Лили? — перепуганно выдохнула она.

Себастьян медленно отстранился и повернулся к ней.

— Ох, Себастьян... — протянула Хизер. — Не думала, что это ты.

Мы с Хизер не разговаривали с тех самых пор, как она призналась мне в своих чувствах к Себастьяну. Если быть откровенной, мне и не хотелось слышать о ней что-либо.

— Да, это я, — спокойно ответил он, и его ладонь бережно опустилась мне на поясницу. Из-за этого вычурного платья я почти не чувствовала его ладонь, хотя мне хотелось ощущать ее гораздо сильнее.

— Оу, — она сложила руки на груди. — Значит, у вас двоих все наладилось?

— У нас всегда все было в порядке, — твердо произнес он.

В взгляде Хизер проскользнуло разочарование: