Она ни за что на свете не повезла бы Аури в тюрьму, чтобы пообщаться с осуждённым преступником, но это был мост, который она могла перейти, когда доберётся до него.

— Я буду на связи, — сказала она, опуская его руки.

Глава 8

Большие девочки не плачут.

Они выпивают пару таблеток ксанакса,

запивают их водкой,

и поджигают машину.

Если вы такая девушка, мы можем помочь.

ПОДПИСАТЬ У ДЭЙЛА СОЛА, АДВОКАТА

 

— Ну как? — спросил Квинси, когда они вернулись в крейсер. — Он — тот, кто тебе нужен?

Сан сдала назад и снова оказалась в тюремном лабиринте. Она закатила глаза на свой телефон и убрала его, увидев три сообщения от вредителя Карвера.

— Хотела бы я знать.

— Что тебе подсказывает твоя интуиция?

— Оно противоречиво.

Он усмехнулся.

— Обычно так и бывает.

— Почему он признался в этом?

— Думаю, главный вопрос в том, почему он хочет встретиться с фасоленкой?

Ее противоречивое нутро сжалось в ответ.

Они остановились у сторожевой будки и подождали, пока офицер обыскивал машину.

— Вы можете ехать, шериф, — сказал он через несколько минут, закрывая багажник.

Она помахала рукой в знак благодарности и выехала на Ист-Батт-авеню.

— Что, если он действительно знает, кто её биологический отец?

— Сан, — сказал он, становясь все серьёзнее, — я почти не сомневаюсь, что знает, если ему известно, кто был партнёром Кубрика Равиндера. Но нужна ли тебе эта информация?

— Что ты имеешь в виду?

— Да какая разница? Давайте достанем этого парня, конечно, но какая разница, кто её биологический отец? Поможет ли это Аури? Знать, кто изнасиловал её мать и сделал её беременной?

— Вот почему я никогда не хотела, чтобы она узнала об этом, — сказала она, её нутро болезненно сжалось.

— Я должен кое в чем признаться, Солнечный Лучик.

Она бросила нервный взгляд в его сторону, когда выехала на шоссе 79 в сторону монастыря.

— Звучит не слишком обнадеживающе.

— То, что происходит на крейсере, верно? — спросил он, стараясь, чтобы все, что было сказано между ними, осталось между ними.

— Всегда.

— Когда мы узнаем, кто он такой, он так или иначе заплатит за то, что сделал.

— Я сделаю вид, что не слышала этого.

— Ты не согласна?

— Нет, — признала она. — Но если мы начнём брать закон в свои руки, мы станем не лучше преступников, которых мы сажаем.

— Это твоя официальная позиция?

— Да. Однако неофициально ты ничего подобного не сделаешь, потому что я буду первой. У меня есть ДНК Аури в системе. Уже много лет, в надежде на успех.

— Если это так, а ДНК Уинна Равиндера уже есть в системе, разве ты не получила бы уже совпадение? Даже если бы биологический отец Аури был только его родственником?

— Это зависит от того, когда ДНК Уинна была внесена в систему КОДИС. Я давно его не проверяла, но он сидит в тюрьме уже одиннадцать лет. Наверняка его ввели тогда.

— Тогда это означает, что ее биологический отец не родственник Уинна.

В голове Сан пронеслись все возможные варианты новой информации. Сможет ли она наконец узнать правду после стольких лет? Все зависело от показаний одного осужденного убийцы.

— Как ты думаешь, каковы шансы, что это сработает? Сможем ли мы добиться перевода Уинна? — спросила она.

— Это зависит от твоих связей, я бы сказал. Может быть, нам стоит поговорить с Вомаком.

— Ройс? Хорошая идея. — Ройс Вомак был шерифом округа Дель-Соль еще тогда, когда Сан училась в средней и старшей школе. Он был первым в больнице после её похищения, так ей сказали. Он опередил её родителей на расстояние волоска. Сан хотелось думать, что это было связано скорее с его любовью к ней, чем со связями в органах правопорядка, но точно сказать было трудно.

— Я узнаю, не согласится ли он выпить с нами кофе, когда мы приедем в город. А пока моя интуиция подсказывает мне кое-что еще.

— И что же? — спросил он.

— Что Уинн Равиндер не такой уж плохой парень, как можно предположить.

— И ты уверена, что твоё чутье не нуждается в терапии?

Она бросила на него знающий взгляд.

— Хорошо. Допустим, ты права. Он все еще Равиндер. Он может стать внутренним террористом и оказаться на высоте.

Парень был прав, если речь шла только о братьях. Но Леви и Хейли были совсем другой историей. После того как Леви стал успешным в производстве виски, а Хейли перевернула свою жизнь, когда родился её сын Джимми, они стали изгоями в клане Равиндеров. Хейли теперь работала на Леви в офисе компании «Сияние тёмной реки» и училась в колледже по вечерам, чтобы получить степень в области бизнеса. Не говоря уже о том, что она тайно сообщала Сан о перемещениях Клэя Равиндера. Это занятие было бесконечно опаснее, чем они обе признают.

Кстати, о секретах…

— С кем ты встречаешься? — спросила она Куинси.

Он обратил на нее изумленный взгляд.

— Опять?

— Опять.

Он надел солнцезащитные очки и отвернулся.