Она проверила семь сообщений, которые прислал ей Карвер с её свидания вслепую. Она и не подозревала, что этот парень окажется таким назойливым. Она должна была легко отпустить его, но не через смс. Она встретится с ним за чашкой кофе, когда все успокоится. Быстро отправив ему сообщение о том, что её нет в городе, а затем написав Леви в 275-й раз, она спросила: — Оливковое масло? Это что, секретный код?

— Она клянётся, что в монастыре лучшее в мире оливковое масло холодного отжима.

— О. Тогда все решено. Я все равно всегда хотела увидеть монастырь Святого Антония.

Флоренс, штат Аризона, симпатичный городок, усыпанный пальмами и кактусами сагуаро, был окружен милями пустыни, великолепным виноградником и всемирно известным оливковым садом. Его население составляло более 26 000 человек, но около 17 000 из них были обитателями огромного тюремного комплекса штата Аризона.

Через час после прибытия в город Сан и Куинси проехали через первые ворота тюрьмы. Охранник сказал им, куда идти и как примерно добраться, но как только они оказались внутри, его указания показались им сумбурными. Это место было похоже на лабиринт.

— Здесь как в маленьком городке, — сказал Квинси, водя указательным пальцем в разные стороны. Она решила переименовать его в Следопыта. В основном потому, что из-за него они окончательно заблудились.

— Кажется, мы заблудились, — сказала она. — Возможно, нам придется бежать.

— Если так, я использую тебя для прикрытия.

Он указал на вооружённого охранника на сторожевой башне, который смотрел на них сверху вниз, в солнцезащитных очках и с винтовкой наготове.

— По крайней мере, мы уйдём с пламенем в глазах.

— Ну, по крайней мере, с блеском. Я думал, в Нью-Мексико жарко. Это как седьмой уровень ада.

В Нью-Мексико было жарко, просто они жили в одном из более прохладных районов. И хотя здесь все еще было жарко, это не было жарой Южной Аризоны.

Они проделали обратный путь и снова последовали указаниям охранника. На этот раз они оказались на объекте третьего уровня. Именно там, где им нужно было быть. Бетонные серые здания составляли тюремные блоки с огромными, похожими на ангары строениями, окружавшими массивный двор. Цепи и бритвенная проволока дополняли декор, придавая и без того похожему на военное учреждение индустриальный вид.

Заключённые начали выходить, значит, расчёт закончился.

— Мне нравится, — сказал Квинси, осматривая территорию. — Здесь по-домашнему.

Сан поставила машину на стоянку. — Согласна. Несколько занавесок, хорошая настольная лампа, и я бы жила здесь.

— Ты, кажется, нервничаешь, — сказал он.

Она подняла плечо.

— Скорее любопытствую, чем нервничаю. Но, да, тоже нервничаю.

— Из-за места проведения?

— Нет. Я просто волнуюсь из-за того, что знает Уинн. Или, что более вероятно, не знает.

Они вышли из машины и подошли к колонке, держа наготове свои удостоверения.

— Я никогда не встречал Уинна Равиндера, — сказал он.

— Мы с тобой учились в средней школе, когда он в первый раз попал в тюрьму.

— За что его посадили?

Из-за сна в дороге и отсутствия светских бесед за завтраком они так и не обсудили особенности Уинна и свои ожидания.

— Убийство, — сказала она. — Хотя он клянётся, что не делал этого.

— Они все клянутся. Тем не менее, он на третьем уровне. Должно быть, образцовый заключенный.

— Будем надеяться. Если он такой же, как его брат Клэй, мы собираем вещи и отправляемся домой. Я не потерплю никакого дерьма.

— Согласен.

Она нажала на кнопку и начала процесс регистрации заново, от знойной жары и волнения у нее закружилась голова.

Через полчаса, забрав оружие, их провели в небольшую комнату для допросов. Серое, со стальной дверью и металлическим столом, привинченным к полу, бесплодное помещение не давало ничего, что пленник мог бы использовать в качестве импровизированного оружия. Пока они ждали, в открытом дверном проёме стоял охранник.

— Что вы знаете об этом парне? — спросил он их.

Парень выглядел слишком молодым для тюремного охранника. Слишком пухлый и свежий, но телосложением он напоминал борца сумо, только весил не меньше сотни фунтов.

Сан не сомневалась, что он знает, как с собой обращаться.

— Равиндер? — спросила она. — Только то, что он отбыл одиннадцать лет пожизненного заключения без возможности условно-досрочного освобождения за убийство первой степени, и все же ему удалось заработать себе место в учреждении третьего уровня.

Большинство заключённых, которым оставалось отбыть более тридцати лет, находились в тюрьме максимального уровня. Четвёртый или пятый уровень, в зависимости от тюрьмы.

— Именно так. — охранник кивнул, проверяя свой телефон. — Будьте осторожны. — он поднял на них глаза. — На неподготовленный взгляд Равиндер — образцовый заключенный. Его любят даже охранники. Он также электрик, что помогло ему перейти на третий уровень. Но, чтобы вы знали, он еще и смотрящий.

— Смотрящий? — удивлённо спросила она.