Астарион резко дернул голову назад в темноту, а затем, очень осторожно, снова начал продвигаться вперед, пока один глаз, скула и край носа не выступили за пределы сферы.

Он стоял немного выше уровня улицы. В десяти футах от него шеренги скелетов текли сплошным потоком, словно муравьи. Одни несли камни и инструменты, другие — оружие. В данный момент ни один из них не смотрел в его сторону, но их было слишком много, чтобы даже задумываться о драке.

Он посмотрел по сторонам. В дюжине шагов на колонне покоилась жаровня с зеленоватым огнем. Если бы он смог до нее добраться, она бы послужила хоть каким-то укрытием, из которого можно было бы вести наблюдение.

Он заскользил к ней сквозь магическую темноту. Почти у цели…

— Куда, во имя жалких живых богов, подевалась кровь?!

Голос прозвучал пугающе близко. Астарион замер.

— Кто-то украл священную кровь Маска! Найти ее! Бросайте всё и ищите лазутчиков!

Астарион на короткий миг задумался, не переехал ли он когда-нибудь случайно аватара Тиморы повозкой. Наверняка моя удача слишком апокалиптически скверна, чтобы быть естественной?

Он был почти уверен, что жрец стоял менее чем в десяти футах от него. Сможет ли тот найти его в темноте? Были ли у него какие-то дополнительные чувства?

Астарион начал медленно отползать прочь от голоса, хотя двигался со скоростью, которая показалась бы черепашьей даже улитке. Когда он отважился украдкой выглянуть наружу, то увидел, что скелеты и впрямь побросали свои дела, а в большинстве случаев — и то, что несли. Улица была усеяна камнями и кирками, а ближайшие дверные проемы забиты скелетами, пытающимися войти внутрь для обыска, и теми, кто уже обыскал помещения и пытался выйти обратно.

Неподалеку действительно был чистый участок — глухая задняя стена здания без единого дверного проема. Скелеты увидят его, но если он будет двигаться быстро, они не успеют его схватить.

Астарион рванул с места.

Инерция помогла ему взбежать на стену, он прижал к ней ладони и изо всех сил попытался представить себя пауком. Его ноги скребли воздух, но выпавший кирпич дал ему точку опоры, и за пару ударов сердца он перевалил через стену. Второго этажа почти не осталось, и он видел, как черепа поворачиваются, чтобы посмотреть на него сквозь дыру в полу.

Остатки балкона вели к остаткам лестницы. Астарион скатился по последним нескольким ступенькам, приземлился в кучу щебня, почувствовал, как что-то щелкнуло в лодыжке, и не рискнул останавливаться. Он схватил кирпич и швырнул его влево, где тот с приятным глухим звуком во что-то врезался.

Все скелеты на дороге впереди повернулись на звук, что дало Астариону время проскочить мимо них, взобраться на очередную кучу обломков и перепрыгнуть на соседнюю крышу.

Он осел на землю, сердце бешено колотилось. Здесь, конечно, было небезопасно, но поскольку скелеты не умели говорить, мумиям, возможно, потребуется несколько минут, чтобы точно сообразить, где он находится. Ему просто нужно было перевести дух и оценить обстановку.

— Так вот кто вторгся в мои владения, — раздался голос у него за спиной.

***

Астарион резко развернулся на носках, чтобы встретиться с врагом лицом к лицу. На мгновение его взгляд метнулся поверх пещеры, а затем опустился, и он увидел бывшего служителя Маска, жреца, достаточно могущественного, чтобы поднять целую армию нежити, жреца, который… едва доставал Астариону до пряжки ремня.

— Да-да, — произнес немертвый полурослик, левитируя чуть за краем крыши. — Ты ожидал кого-то повыше. — Его лицо скрывала темная вуаль, но в прорезях для глаз мерцало зеленое пламя. — Давай, посмейся, я подожду.

— Уверяю вас, у меня не было в планах говорить что-то столь неоригинальное. — Астарион развел руками и изобразил свою самую обворожительную улыбку. — Инквизитор, я полагаю?

— Как по мне, это звучит лучше, чем «единственный выживший».

— Согласен, согласен. Приношу свои извинения за вторжение. По правде говоря, я надеялся поговорить с вами.

Жрец склонил голову набок. На его макушке еще цеплялись редкие пряди волос, хотя единственная по-настоящему пышная растительность украшала его босые ноги. На нем была черная ряса с темно-красной вышивкой — узором из мечей и масок, сменяющих друг друга в бесконечной процессии вдоль подола. Когда он двигался, Астарион замечал под ней проблески ярко раскрашенного шутовского наряда.

— Если ты хотел поговорить, были и более простые способы, чем разрушать мои творения. Ты хоть знаешь, сколько времени нужно, чтобы поднять мумию, если хочешь сделать всё по уму?

— Это дело рук паладина, не моих. Ваши творения швырнули меня с ним в одну камеру. Лично я бы предпочел куда более изящный способ ухода. — Он напустил на лицо подобающую случаю серьезность. — У меня часто был повод возносить благодарности Маску… Брату Тени.

Вуаль жреца скрывала его выражение лица, но в голосе проскользнула нотка настороженности.