— Встречи с хозяйкой, если она у себя. Или с Лифом, если ее нет. — Астарион знал, что хозяйка заведения в курсе того, что он вампирское отродье — он достаточно часто использовал «Крысиный лаз» как охотничьи угодья, — но насчет Лифа он никогда не был уверен до конца.

— Лиф здесь. Дай мне минутку. — Она махнула одному из разносчиков и пробормотала пару слов. Тот кивнул и убежал.

Астарион привалился к стойке, прислушиваясь к обрывкам разговоров вокруг.

— …драим палубу, мать ее, каждый день…

— …а потом целитель как заорет: «Разбавляй! Разбавляй!»…

— …ладно, еще по одной, и мне надо возвращаться…

— …а я и говорю: «Да у кого вообще бывает фамильяр-курица?», а колдун отвечает…

— …двеомер? Да я ее в глаза не видел!

Астарион почувствовал, как напряжение в плечах отпускает. «Крысиный лаз» был ужасным местом, но здесь ему были рады. Слишком грязным, чтобы чувствовать себя как дома, но, по крайней мере, это было похоже на грязь, которую ты мог бы счистить с ботинок у себя дома.

Двое матросов чуть дальше по стойке принялись с энтузиазмом мутузить друг друга. Астарион наступил на закованный в броню ботинок ден Суриэля, чтобы тот не вздумал вмешаться. Если бы мои волосы уже не были белыми, они бы точно поседели к тому моменту, как мы отсюда выберемся.

К счастью, Лиф согласилась их принять. Пять минут спустя их провели в ее кабинет — комнату, которая была до агрессивного аккуратной и опрятной, как каюта капитана.

— Астарион! Заходи, заходи. — Огромная женщина-голиаф выглядела так, словно была высечена из гранитных плит, с широкими серыми скулами и бедрами размером с горный хребет. По ее лбу вились татуировки, исчезая под белоснежными волосами. — Давненько не виделись. А кто твой… — Она замолчала, проницательно сузив глаза. — Это не голем, что бы ты там ни наплел Дейтр.

Астарион был достаточно умен, чтобы не изображать удивление.

— Нет, не голем. Могу я попросить пять минут на объяснения, прежде чем ты нас вышвырнешь?

Лиф обдумала это. Она подошла к двери, сказала что-то ожидающему снаружи человеку и закрыла ее.

— Пять минут, — произнесла она, поворачиваясь к ним. — И если к тому времени я не дам отбой, весточка полетит прямиком к хозяйке.

Астарион кивнул.

— Лиф Клаудсвелл, позволь представить Хана ден Суриэля, который не имеет отношения к страже порядка, но является паладином Золотого Хорька.

— Вообще-то, Серебряного Барсука, — поправил ден Суриэль, снимая шлем. От пота его металлические волосы потемнели до бронзового оттенка.

— Впервые слышу, — заметила Лиф.

Ден Суриэль вздохнул.

— Как и все.

— Этот прекрасный джентльмен поклялся защищать меня ценой своей жизни и души, — сказал Астарион, — пока я не раздобуду одну вещицу. А потом он получит право меня убить.

Голиаф перевела взгляд с Астариона на ден Суриэля и откинулась на спинку стула.

— Надеюсь, объяснение будет чертовски захватывающим.

Три с половиной минуты спустя Лиф открыла дверь, чтобы сообщить своему сотруднику, что всё в порядке, и попросить принести два ужина и вино. К тому времени, как перед ними поставили миски с рыбной похлебкой, Астарион почти закончил пересказ их ночных приключений.

— Это всё довольно трудно переварить, — сказала Лиф.

— Поверь, пережить это было ничуть не легче.

— И ты хочешь, чтобы я помогла тебе достать эту реликвию?

— Если коротко, то да, мой дорогой колосс.

— Хм. — Лиф уставилась в потолок, размышляя, пока ден Суриэль набросился на еду, как оголодавший, а Астарион потягивал из кубка разбавленное вино, в котором на самом деле не было ни капли воды. Он узнал вкус свиной крови. Кто-то на кухне, вероятно, был вынужден отложить приготовление кровяной колбасы как минимум на день.

Это изящно разрешило вопрос о том, знала ли Лиф, кто он такой. Астарион волновался бы куда больше, если бы кровь не пошла так хорошо. Он почувствовал, как расслабляются мышцы, а легион мелких порезов и царапин начинает затягиваться. Глубокая боль в ребрах, служившая фоновым шумом на протяжении нескольких часов, начала стихать.

Пока они ели, Лиф принялась набрасывать карту толстыми, проворными пальцами. У нее были навыки картографа: она грубо наносила элементы по мере того, как Астарион и ден Суриэль их описывали. К концу трапезы у нее уже был готов базовый план пещеры, населенной Культом Неумирающей Крови.

— Хм-м, — протянула она, обращаясь скорее к карте. — Я вижу, как провести вас к реликвии. Но не уверена, как вытащить обратно.

— Просто доставь меня туда, а о том, как выбраться, я позабочусь сам. Хотя, возможно, мне понадобятся твои люди для отвлекающего маневра.

Лиф приподняла бровь цвета сланца.

— Уверен, что не хочешь заплатить за это Гильдии?

— Любой стоящий член Гильдии быстро смекнет, что ради такой реликвии можно и кинуть меня. — Астарион оглядел свои манжеты. Из вышивки торчало столько лишних ниток, что казалось, будто он надел ярко раскрашенную медузу. — К тому же, они не должны мне услугу.

Голиаф разгладила карту.

— Хозяйка будет рада закрыть свой долг.

Астарион протянул руку.