А потом Олег повернул моё лицо к себе и... поцеловал сам.

Этот поцелуй не был похож ни на поцелуй Данилы, ни на поцелуй Яра.

Данила спрашивал разрешения. Яр забирал без спроса. А Олег целовал так, будто мы с ним вдвоём, будто вокруг нет ни разбитого стола, ни шести пар глаз, ни крови на полу... Тоже с языком, но намного мягче, неторопливо, с каким-то глубоким, спокойным теплом, от которого плечи сами опускались, а напряжение уходило из живота и из рук.

После бури, которую устроил Яр, это было как нырнуть в тёплую воду.

Я закрыла глаза. Сама обвила руками его шею. Пальцы запутались в коротких волосах на затылке, и я потянулась к нему всем телом, не желая, чтобы меня вырвали из этих объятий снова. Ни Яр, ни кто-либо другой.

Мне хотелось только одного: подольше побыть в этой темноте.

Секунда, две, три...

Я ещё целовала Олега, когда воздух вокруг меня начал густеть.

Пространство в гостиной стало ощутимо плотнее. В нëм медленные шаги, тяжёлые, со всех сторон сразу.

Слева что-то качнулось, и по руке, от локтя к запястью, прошло чужое тепло.

Справа кто-то выдохнул так близко, что дыхание шевельнуло прядь у виска.

Я не открыла глаз и не оторвалась от губ Олега, но всё моё тело вдруг превратилось в одну сплошную антенну, ловящую их...

Семь мужчин, семь источников жара, и все они хотели меня.

За спиной прошуршала ткань, и концы фартука потянулись вверх.

Тёплые шершавые пальцы, с ободранными костяшками, распутали узел на пояснице и, не торопясь, сняли с меня фартук. Те же пальцы скользнули по бокам, нашли бант на поясе платья и замерли.

— Как же давно я мечтал это сделать, — хрипло шепнули мне в затылок. Тимур. — Каждый день, каждую ночь...

Узел поддался с едва слышным шорохом.

Пояс повис, ткань на груди ослабла и чуть разошлась... по открывшейся полоске кожи прошёл воздух.

Меня повело.

Я запрокинула голову назад, на чью-то твёрдую грудь, оторвавшись от Олега, и открыла глаза.

Надо мной было его лицо.

Короткая тёмная борода с серебряными нитями у подбородка, потемневшие зрачки, губы. Он смотрел на меня сверху вниз с такой серьёзностью...

— Так ты выберешь? — тихо спросил он.

Меня обдало холодом.

Показалось, что он сейчас отпустит.

Что всё это кончится, что он, взрослый, разумный, надёжный Олег, решил, что хватит...

— Нет, не выберу, — ответила я и вцепилась в его воротник.

Потянула к себе и впилась в его губы сама. Жадно, отчаянно, с тихим жалким стоном, а он... улыбнулся мне в рот и сжал мои плечи так, что стало ясно: нет, не остановится.

Слева чьи-то руки легли мне на талию. Большие, осторожные, тёплые до жара. Они нашли разошедшиеся края платья и потянули их в стороны, медленно, будто разворачивали подарок.

Пальцы, принадлежащие кому-то другому, скользнули к плечам, легли на них.

Я услышала у самого уха глуховатый бархатный шёпот:

— Мы хотим тебя. А ты хочешь нас. Так и будет...

...

Большое спасибо, что вы со мной!

Впереди у нас много любви и 🔥🔥🔥