Сказка о Царевне и семи богатырях 1
Дорогие читетели!
Очень рада видеть вас в моём новом сборнике!
Буду безмерно рада вам за поддержку книги!
Ну а пока: первая наша сказка, и сразу мжмммммм...
Сердце колотилось под ключицами, будто пыталось выбраться наружу, а ладони покрылись липкой влагой.
Я застыла посреди комнаты, глядя на телефон, зажатый в пальцах...
Как он мог?..
Более двух десятилетий моя жизнь принадлежала одному мужчине. Елисей стал моим первым, моим мужем и отцом моих детей.
Я давно воспринимала собственную жизнь как продолжение его жизни.
А он всё это время...
Дверная ручка едва слышно повернулась.
Я резко провела ладонью по щекам, стирая влажные следы, и отвернулась к большому зеркалу.
В комнату вошла Регина. Моя мачеха.
— Что случилось?
Я покачала головой.
— Ничего.
— Ты плакала?
— Нет. Всё хорошо.
Последние слова прозвучали сипло. Пришлось прочистить горло, чтобы голос снова стал похож на мой обычный.
Мачеха задержалась у двери. Обычно от неё исходила такая прохлада, что рядом с ней хотелось держать дистанцию. За годы я привыкла к коротким разговорам, сдержанным взглядам и редким проявлениям участия.
Сейчас она подошла ко мне.
Её руки легли мне на плечи, затем она притянула меня к себе.
— Ну что ты, моя девочка?
Я застыла.
От её волос пахло дорогим парфюмом с терпкой цветочной нотой. Щека коснулась гладкой ткани её блузки.
В этом объятии было столько неожиданной мягкости, что глаза снова защипало.
— Что случилось, Марья? Расскажи мне.
Я втянула воздух через нос и попыталась удержать голос ровным.
— Нет... Всё нормально.
Мачеха отстранилась ровно настолько, чтобы рассмотреть моё лицо.
— Ты дрожишь.
Плечи действительно подрагивали. Я сцепила руки перед собой, надеясь остановить эту мелкую дрожь усилием воли.
Телефон оставался зажатым у груди.
Взгляд мачехи опустился на мои пальцы.
— Что у тебя там?
— Ничего.
Она протянула руку.
— Покажи.
Я крепче сжала корпус телефона.
— Не надо.
Мачеха посмотрела мне прямо в глаза.
— Это связано с твоим мужем?
Внутри всё оборвалось.
Ответ застрял в горле. Губы дрогнули, подбородок задрожал, и мне пришлось отвернуться, чтобы она этого не заметила.
Слёзы снова выступили на глазах.
— Женщины горче всего плачут из-за мужчин. Дай.
Мачеха забрала аппарат и открыла экран.
— Нет, не нужно...
Но Регина уже открыла видео.
Сначала из динамика донеслось женское дыхание. На записи слышались приглушённые звуки, короткие всхлипы и тихие мужские стоны. Картинка... только он, лица женщины было не видно.
Зато её причмокивания и гортанное мычание от глубокого минета слышно было прекрасно.
Как и жестокие слова моего мужа:
— Бляяя, как же жаль, что моя овца выжила. Как же она меня достала. Как же... О, да... Ты во всём лучше её... Ты красивее, ты умнее, ты горячее... А она просто жалкая... Да... Не останавливайся...
Полгода назад я еле выжила после очередного штампа какого-то вируса. Муж говорил об этом, дата на видео старая.
Он изменяет мне уже давно.
— Какой ужас, какой ужас, — мачеха вздохнула.
Пауза на экране.
Слёзы хлынули по щекам. Я зажала рот обеими руками, однако приглушённый звук всё равно вырвался наружу.
Мачеха приблизилась и положила ладони на мои плечи. Она развернула меня к зеркалу и встала за спиной.
— Впрочем, это было ожидаемо.
Сказка о Царевне и семи богатырях 2
Я замерла.
Её пальцы легли мне под подбородок.
Мачеха подняла моё лицо. Направила к отражению.
Я увидела себя в зеркале.
Красные веки. Мокрые щеки. Размазанная тушь. Волосы потеряли форму, несколько прядей прилипли к коже.
Я попыталась отвернуться.
Пальцы под подбородком удержали меня.
— Марья. Ты посмотри на себя, дорогая. Посмотри внимательно.
Каждое слово выходило тихим, вязким, почти ласковым. От этой ласки по спине прошёл холод.
— Посмотри, на кого ты стала похожа.
Я смотрела.
Её пальцы провели по моей щеке, стирая дорожку слезы.
— Кожа уставшая. Морщины. Лицо расплылось. А глаза? Это что за уродливые мешки под ними? И эти безобразные гусиные лапки в уголках... Разве ты похожа на женщину состоятельного человека? Разве похожа на женщину, которую настоящий мужчина хотел бы видеть рядом с собой?
Я сглотнула.
— Я...
— Совсем не похожа.
Палец скользнул по моей щеке к подбородку.
— Сейчас тебе полезно послушать правду. Тебе всего год как исполнилось сорок. А ты уже выглядишь, как старуха. Всё поплыло. Овал лица исчез. Ты даже волосы привести в порядок не умеешь.
Она слегка повернула моё лицо вправо.