— Ваарко? — удивился Карро, и я понимала почему. Ваарко не мог так быстро найти контрабандиста. Он вернулся по какой-то другой причине.

Волк какое-то время смотрел то на меня, то на то место, куда скрылась тень.

— Ты ее видел? — в ужасе спросила я.

Волк моргнул и припустил к своему хозяину, который уже вместе с Аркином направлялись к нам.

Я поднялась на ноги и отряхнулась. Сердце до сих пор билось как бешеное.

Карро опустился на одно колено и посмотрел Ваарко в звериные глаза — так они общались.

Это заняло какое-то время. Мы с Аркином ждали.

Я мельком следила за Янни, который что-то ковырял возле своей лежанки. Клео же остался у костра, но внимательно смотрел на нас.

Карро поднялся.

Я сразу поняла, что что-то случилось.

— Надо уходить. — сказал он, отнюдь не спокойно.

— Что произошло? Почему волк вернулся так быстро? — спросил Аркин, направляясь к своим вещам.

— Надо уходить и срочно. — повторил Карро.

— Я никуда не пойду! Я хочу спать! — заныл Янни, который очень устал за два дня.

— Прости, Пом-пом, но поспишь ты уже только дома. Нам срочно нужно вернуться в Таццен.

Янни захныкал, но подчинился. Грустно сидел и смотрел, как Клео собирал его вещи.

Мы довольно быстро двинулись в обратный путь. Никто особо не разговаривал. Еще и ночь всех напрягала. Это не время для человеческих походов. Ночь — это время для нечисти.

Я выждала время и затормозила Карро.

— Почему Ваарко вернулся так рано? — спросила я.

— Потому что он наткнулся на кое-кого.

— На кого?

— На Шатронда. — ответил старик. — И Шатронда послали за тобой.

Я лишь успела сделать судорожный вдох, прежде чем меня накрыл ужас.

Глава 8

На рассвете нам пришлось оставить Аркина, Янни и Клео на середине пути. Они очень устали и вдобавок не спали. Янни еле передвигал толстыми ногами. Почти всю дорогу он тихо плакал, от чего моя душа разрывалась от жалости.

В итоге, было принято решение разделиться. Вдвоем мы с Карро могли бежать со звериной скоростью. Кроме того, если Шатронда послали именно за мной, то для остальных он не представлял угрозу, а мне было необходимо вернуться в красный замок, который защищала магическая вуаль Карро.

— Она убережет от Шатронда? — спросила я старика.

— Не знаю. — обнадеживающе ответил тот. — Но скоро мы это выясним, поверь.

— Кто такой этот Шатронд? — спросил Аркин, слыша, что мы называем это имя с придыханием.

— Он тот, кто шагает по крови. — сказал Карро. — Карает разрушением.

— Он — кнарк?

— Да.

— Он сильнее Шаты?

— Да. — одновременно ответили мы с Карро, и Аркин сразу притих.

Ваарко наткнулся на Шатронда случайно, когда охотился за запахом контрабандиста, и своим волчьим мозгом поставил кнарка в приоритет. Ваарко проследил за ним пару лиг и, когда понял, что тот шел за аурой Шаты, сразу же помчался к нам. Волк опережал Шатронда лишь на половину светового дня. Но если кнарк побежит…

Поэтому нам пришлось разделиться. Остальные сразу же устроили привал, а мы с Карро, наконец, помчались во весь опор.

Мы бежали так быстро, что с моего плаща оторвался капюшон, а Карро пришлось взять колчан со стрелами в руку, иначе их уносило потоком воздуха.

И когда начало вечереть, мы влетели в Таццен, словно вихрь, за несколько ударов сердца по крышам добрались до красного замка и скрылись за его дубовыми дверьми.

Я сразу же приказала закрыть все двери и занавесить окна. Нехотя, но меня послушались. Войти и выйти теперь можно было только через главный вход, но его охраняла целая армия. Она конечно бессильна против Шатронда, но хотя бы сможет задержать его на какое-то время, которого, я надеялась, мне хватит, чтобы ускользнуть.

Если Шата была дочерью мрака, то Шатронд был его стражем. Если Шата была правой рукой Бадзун-Гра, то Шатронд — левой.

Он не часто покидал своего хозяина. Его прямая обязанность была защищать Отца. Поэтому Шатронд день и ночь находился подле него и отлучался только, чтобы принести людям смерть.

Кто из нас двоих был главнее? Я.

Кто из нас двоих был сильнее? Он.

Шатронд всегда был сильнее. Таким Бадзун-Гра его сделал. «Ты, дочь моя, будешь моими глазами и руками, а ты, мой верный страж, будешь моим гневом и местью». Я помнила это, будто это было вчера.

Из всех кнарков в темном легионе Шатронд был самым опасным.

Сомневалась ли я в том, что смогу одержать над ним верх? Никаких сомнений на этот счет у меня не было.

Я проиграю.

…………………….

О том, что Шатронд вошел в Таццен, мы узнали от Ваарко. Бегая по опушке леса, он каждый раз выл, когда чувствовал приближение кнарков. Этот раз не стал исключением. Ближе к ночи того же дня мы с Карро услышали протяжный волчий вой и спустились в подземные ходы.