Парящий экипаж с поцарапанными сиденьями, приводимый в движение древним кристаллическим двигателем, мчит нас по каменистой дороге, соединяющей два города. Джунгли проносятся мимо треснувших окон. Вскоре мы минуем стены Истдока, и город — земля золотых огней и мерцающих вод — расстилается под нами.

Даже в столь поздний час туристы по-прежнему пьют вино на песчаных пляжах. Факелы, воткнутые в песок, окрашивают их вечеринки в золотой свет. Пьяные люди прыгают у воды, ведя себя как маленькие дети. И непонятно, почему увиденное удивляет, но я хмурю брови. У нас же война! А эти люди, эти лотчеры, собираются тусоваться? Собираются праздновать до поздней ночи, как будто столичный остров не рухнул с неба всего несколько недель назад?

Может, Скайленды не так сильны, как я себе внушаю. Меритократия должна была подготовить нас к возвращению врага. Ну, враг вернулся, а посмотрите на нас! Разве все это разгульное веселье спасет наш образ жизни?

Мое настроение портится еще сильнее, когда Родерик ведет нас по улицам, изобилующим старинными балконами. Толпы людей в красочной одежде Истдока с трудом протискивается по узким улочкам. Наверху полуобнаженные женщины и мужчины извиваются на балконах и бросают цветы прохожим.

«Черт, да!» — смеется Паунд, когда одна женщина поднимает свою рубашку. «Вот это вечеринка в моем вкусе».

Моя гримаса становится еще мрачнее.

Мама сказала бы, что я слишком осуждаю. Может, и так. Но такие вечеринки, на которых я видел, как представители Высших выблевывали больше еды, чем я съедал за неделю, ожесточили мое отношение к такому роду упадка.

Родерик тоже смеется, пока не оглядывается на меня от рычагов управления экипажем: «Конрад?»

Паунд фыркает. «Не парься, Род. Конрад — из Урвинов. Они не умеют ни веселиться, ни развлекаться вообще».

«Мы веселимся».

«Нет», — возражает Паунд. «Вы устраиваете балы. Скучные мероприятия, где богатые стариканы стоят, потягивая игристое вино с вытянутым мизинцем, пока какие-то скрипачи бренчат на своих убогих инструментах. А хочешь по-настоящему повеселиться? Сходи на вечеринку к Этвудам. Там у тебя столько же шансов получить выбитый зуб, сколько и обрюхатить кого-нибудь».

Родерик смеется.

Я выдыхаю. Возможно, эти люди справляются с событиями наилучшим доступным им способом. Не знаю. Но больше не могу на это смотреть. Для меня дико, что прямо на другой стороне этого острова Охотники отправляются сражаться с небесными змеями, в то время как на этой стороне люди лапают друг друга по переулкам.

«Давайте просто побыстрее доберемся до дока», — говорю я.

Наконец мы проезжаем толпу, и на улицах становится тише. Как только мы добираемся до по большей части пустого дока, Родерик пинает рычаг фиксации экипажа. Тот опускается на землю, и дверь с шипением открывается.

Затем мы толкаем наш парящий ящик с товарами по деревянному доку, пока не находим Арику и Кинана, которые сидят на скамье и тихо беседуют. Есения, однако, сидит на своем багаже — в стороне от остальных.

«Капитан!» — кричит Арика, вставая и маша мне рукой, когда мы подходим. «Мы уже начали беспокоиться, что вы не приедете».

Я осматриваю небо в поисках «Гладиана», но вижу лишь медленно плывущее пассажирское судно вдали. Я хмурюсь. Брайс и остальные должны были опередить нас. Немногое в этом мире быстрее моего корабля.

Я бросаю взгляд на комм-гем на рукаве. Хочется нажать на него и отправить сообщение Брайс. Но я решаю подождать еще пару минут. К тому же, а вдруг она сейчас стоит перед гвардейцами Ордена? Лучше позволить событиям развиваться своим чередом.

«Идите сюда», — зовет меня Арика, похлопывая по скамейке. «Можете занять мое место».

«Я лучше постою».

«Я займу», — говорит Паунд.

Арика хмурится на мгновение, но, когда Паунд топает к ней, она, похоже, вспоминает, насколько он огромен. Она спрыгивает со скамьи как раз перед тем, как Паунд опускается. Он улыбается, откидывается назад и вытягивает массивные ноги.

Мне плевать, что он отречен от рода. Он все равно остается Задвудом.

Родерик и я поворачиваемся, чтобы наблюдать за ночным небом. В порт заходят еще несколько кораблей, доставляя в город богатых, измученных туристов. Уставших детей практически тащат по трапу с корабля их полусонные родители. Одно из судов снабжения доставляет свежий улов пишонов. Пишоны, похожие на разноцветных крылатых рыб, трепещут в сетях. Скоро они станут дорогими блюдами в ресторанах Высших в Истдоке.

Но «Гладиан» так и не прибывает.

Родерик шепчет: «А вдруг что-то пошло не так?»

«Расслабься. Все в порядке».

«Ты этого не знаешь».

«Я знаю, что паника нам не поможет».

Проходит час, и наконец я сажусь на край кирпичного палисадника, граничащего с доком. Я снова бросаю взгляд на кристалл связи, пока Родерик ходит взад и вперед.

Кинан наблюдает за ним. «Почему ты так напряжен?» Родерик продолжает ходить, постукивая пальцем по подбородку. «Мастер-оружейник, я с тобой разговариваю».

Родерик поворачивается. «Хм? О, просто горю желанием выбраться отсюда».