— Я сделаю это, Ваше Высочество, это мой долг. Я бы посоветовал Джирви, чтобы он вел второй экипаж, но лучше не трогать его раны. Так что поведет Ксилси.

— Решено.

Призрак встал, и все встали, хотя Кем стащил со стола аппетитную булочку и спрятал ее в рукав — навык, который они с Йофом отточили на кухнях Резиденции.

За окном, если смотреть через открытые окна, наступила ночь. Облака закрыли звезды. Пелена была тронута вспышками фосфоресценции, словно шерстяное одеяло, усеянное запертыми в нем светлячками. Дорога пересекала его полосой тьмы. Далекий огонек отмечал, что на противоположной стороне находится Северное Плоское Бдение.

Призрак шагнул к двери, потянулся к задвижке, но остановился, прежде чем прикоснуться к ней. Криво улыбнувшись, он убрал руку и подождал, пока капитан Квелес откроет ему дверь.

— Все будет готово на рассвете, Ваше Высочество, — заверила его Квелес.

— Конечно, так и будет. Я знаю, что вы меня не подведете, Капитан.

Имперские апартаменты находились этажом ниже, наружная дверь в парадную приемную была открыта. Лувиара сидела за столом и при свете масляной лампы что-то писала в своем дневнике. Она выглядела сердитой и раздраженной тем, что ее не оставили послушать. Когда остальные вошли в гостиную, Элен поспешила вниз по лестнице, прежде чем собеседница успела поднять глаза и увидеть ее — иначе Лувиара удивилась бы, почему Элен не ушла с прислугой.

Внизу, на кухне, царила суета: кухарка и ее помощники собирали дорожные припасы, подходящие для принца.

Старший слуга отвел Элен в сторону.

— Казармы находятся в стороне, а нары в пристройке по ночам холодные. Если хотите, в одной из кладовых за очагом есть тюфяк. Там будет тихо. Я лично разбужу вас перед рассветом, чтобы вы были готовы.

— Это очень любезно с вашей стороны. Могу я поблагодарить вас по имени, Главный Слуга?

Он улыбнулся добродушной улыбкой старейшины, вспоминающего дни своего юношеского флирта.

— Любезно? Я в этом не уверен. Вы можете называть меня Навру. Я полагаю, мы сможем увидеться на обратном пути.

— Будем надеяться, если Высокие Небеса нам улыбнутся.

Его улыбка погасла, и он помрачнел.

— Я верю, что вы одна из тех счастливчиков, которые удачливы и благословенны.

От этих слов ей стало не по себе.

— Правда? Почему?

— Просто у меня такое чувство. Я получил дар видеть со стороны от своего деда. — Выражение лица Навру стало замкнутым, его взгляд был устремлен на берег, который Элен не могла видеть. — Вы пережили то, что убивало других, не так ли? И все же в вас есть радость, несмотря на эти бурные приливы, которые унесли бы других в небытие.

Когда он замолчал, она стояла, не зная, что сказать.

Через мгновение он встряхнулся, словно возвращаясь из долгого путешествия.

— Я не хотел вас смущать. Действуйте осторожно. Помощь может прийти с неожиданной стороны.

Она прижала руку к сердцу в знак уважения, затем направилась в кладовую. Тюфяк был спрятан в теплом углу, за занавеской. Она сбросила рюкзак, сняла ботинки и верхнюю одежду и легла. Ее мысли лихорадочно метались по кругу. Далекая страна. Королева. Помимо всего прочего, какое отношение это имеет к принцу Гевулину конкретно, а не к империи в целом?

Но здесь, на своем тюфяке, она ничего не могла решить. Она сосредоточилась на своем дыхании, весь мир вдохнул, а затем выдохнул, продолжая двигаться вперед, успокаивая скачущие мысли и учащенный пульс. Шум работы и тихая болтовня, доносившиеся с кухни, успокоили ее. Она заснула.

Неизвестное время спустя она проснулась в жуткой тишине. Что-то было не в порядке.

И в голове крутилась только одна мысль: неужели прошлое наконец настигло ее?

55 ДИКАЯ И МАНЯЩАЯ ИСТОРИЯ

Кирпичи камина за ее спиной были теплыми. Стояла ночь, темная и тихая. Неужели слуги закончили свои дела и легли спать? И все же ее разбудила не тишина. На нее навалилась какая-то тяжесть, как будто воздух стал тяжелым и неподвижным. Она уже ощущала это жуткое вторжение раньше. Магия.

Было ли это дело рук призрака? Или что-то еще? Что-то ужасное? Что-то, от чего она не могла убежать? Она определенно не собиралась лежать здесь и ждать, пока угроза не обрушится на нее!

Она свесила ноги, сунула их в ботинки, накинула плащ и прокралась на кухню. Лампы все еще горели. В их свете она увидела повариху, помощников, официанток и уборщицу, которые мирно спали, растянувшись на столах или на полу. Элен подбросила дров в огонь, который уже начал затухать.