— Так что, Лёшенька, если хочешь ещё заработать и повысить популярность, можем после Сочи собраться и подумать. Меня тут постоянно зовут на одно популярное шоу на тему свиданий, можем замутить так, что ты будешь таинственным парнем, показывать которого не будут до самого конца, а потом — пуф!

Вика изобразила пальцами взрыв и улыбнулась.

— Возвращение старой любви, и пламя вспыхивает снова. Народ до жути обожает такие любовные камбэки, так что внимание всей страны нам на пару недель точно обеспечено.

Я ухмыльнулся и взял Аню за руку.

— Звучит заманчиво, но мне и самому нужно поддерживать собственную репутацию, и она, к счастью или сожалению, никак не бьётся с ролью твоего фальшивого возлюбленного.

— Что, спортивный и олимпийский комитеты не любят, когда их будущая звезда биомеханики торгует лицом по дешёвым ток-шоу для домохозяек? — наклонив голову, спросила она.

— Скорее, не приветствует. Это поднимает слишком много шумихи и отвлекает внимание от спортсменов. Так что моя работа заключается в том, чтобы, в основном, оставаться в тени и помогать из-за кулис. Хотя есть та, которой ты могла бы помочь.

— Красивая? — первое, что серьёзно спросила Вика, поставив бокал на столик.

Я достал телефон и отыскал фотку, которую мне прислала Лена из бассейна, в плавательном купальнике и со сжатыми губками.

— Прикольная, — медленно протянула Вика. — А кто она?

— Лена Соболева. Будущая звезда отечественного и мирового плавания, будущая же золотая медалистка в Рио и, кстати, твоя ярая фанатка. Именно она мне рассказала про тебя после аварии.

— Так, стоп! — вскрикнула Вика, и на её губах растянулась широкая улыбка. — У тебя на телефоне больше двух фотографий этой Лены в купальнике, а Аня даже не переживает?

— Так это её рабочая одежда, — нахмурившись, пояснил я. — Или ты думаешь, что она плавает в одних трусах?

— То, что я думаю, Лёшенька, это не важно. А вот почему твоя будущая невеста так спокойно к этому относится, понять не могу.

Воронцова медленно повернула голову и сделала глоток шампанского.

— Потому что я знаю, что Лёше никого, кроме меня, не надо. Да и тем более, чего мне переживать?

Вика медленно растянулась в широкой улыбке и качнула головой.

— Завидую я тебе… И вашим отношениям.

А затем вновь перевела взгляд на экран и задумалась.

— Фигура есть, красивая, грудь тоже. Фанатка моя, говоришь?

— Ну, о тебе знает больше, чем я, это точно, и постоянно листает твои сети. Мы сейчас её готовим к Европе, а потом, в шестнадцатом году, планируем уехать в Рио на Олимпиаду. Было бы неплохо, если к тому времени её имя будет на слуху у нас в стране.

Вика откинулась на спинку кресла и задумчиво посмотрела перед собой.

— В одной России ей будет тесно. Если она прям уж такая, что ты хочешь её продвигать, девочку надо выводить на международный уровень. Вот только помимо круглой задницы и сисек ей нужно ещё кое-что, чтобы о ней начал говорить мир.

— И что же это?

Соколова повернула голову, и былая улыбка пропала с её губ.

— Побеждать. Думаешь, спонсоры меня просто так на руках носят? Нет, они меня заваливают деньгами и подарками, потому что я беру первые места и стою на глазах у всей страны в их комбезе на фоне их байка.

Я согласно кивнул.

— За эту часть можешь не переживать и оставить её мне. Лена быстро набирает форму, и к Берлину мы планируем подойти на пике.

Вика достала телефон и сделала несколько заметок.

— Значит, начнём работу, как только приземлимся. Я гляну на её соцсети и прикину с Никой, как можно её покрутить. Замужем? Парень есть?

— Есть.

Судя по взгляду Соколовой, ей это не понравилось.

— Плохо, свободные лучше продаются. У фанатов остаётся иллюзия, что она может стать их.

Я сразу резко отрезал.

— Ты меня не так поняла, Вик. Задача не сделать её медийной шлюхой, а просто раскрутить так, чтобы о ней начали говорить, так как результаты у неё действительно впечатляющие. А если помножить это на внешность без лишней грязи и копания в личной жизни, то она может выстрелить только на этом.

— Образ девочки-паиньки? — задумчиво спросила Вика. — Эдакая русская девочка, хорошая, прилежная, чуть ли не комсомолка, представляющая на мировой арене русские скрепы? Хм, а в этом есть что-то, но надо думать.

Она ещё несколько секунд молчала, а затем повернулась, и на её губах вновь засияла та самая улыбка.

— А мне что за это будет?

— Помогу тебе с биомеханикой, — спокойно ответил я. — Сама же говорила про взаимопомощь и всё такое… Вот и взаимопомогай.

— Быстро учишься. Хорошо, что-нибудь придумаем.

В этот момент в проходе появилась бортпроводница, и сначала я подумал, что вновь попробует предложить нам напитки, но она толкала перед собой тележку с уже нормальной едой. Причём обычным бутербродом и пластиковым контейнером дело явно не ограничивалось.