— Тяжело? — обернулся я.

— Нормально, босс. Ты главное дорогу не загораживай.

Я послушно ушёл чуть вперёд, вертя головой и изучая содержимое стеллажей.

Это что? Какао! Берём! И маршмеллоу тоже возьму! Главное — немного, чтобы влезло в фургон.

— …нет-нет, изгиб должен начинаться от середины, а не от кончика! — горячился в эфире Боб, перейдя к обсуждению правильного изгиба усов.

Остальные молчали. Где-то в дальней секции погас ряд ламп, и я на всякий случай подождал, не погаснет ли следующий. Не погас. Значит, это просто усиление «экономии» ночного режима (наверное), следовательно, всё идёт по плану.

Сейчас Здоровяк выведет меня из этого проклятого места, отдающего вайбами СЦП, и можно будет заняться баром.

*****

В Смарти-марте Миддлтона он работал уже шесть лет. Половину этого срока — ночным менеджером. Он знал здесь каждый стеллаж, каждый закуток и каждый «секретный» отдел. А ещё он знал, что можно делать, а что регламент компании запрещает.

Так, о том, чтобы под видом «проверки работоспособности персонала» периодически заходить к охраннику на короткий двухчасовой разговор, в регламенте не было ни слова. Ну он и заходил. Говорили они обычно о погоде, о работе и о том, почему ночная смена получает на двадцать процентов меньше дневной.

В этот раз разговорчивый коллега по времени суток снова отошёл поболтать с клиентом и оставил систему наблюдения без наблюдения. Менеджер, как и подобает ответственному сотруднику, сел наблюдать сам, заодно дожидаясь охранника. Короткий двухчасовой выговор никто не отменял. Он даже прикинул, с чего начнёт: с пункта о бдительности.

Несмотря на то, что камеры фиксировали один кадр в минуту, то, что его магазин грабят, он понял практически сразу, как только внутрь вошли сомнительные личности в масках. А один и вовсе был в шлеме и в плаще… Кружка с остывшим кофе так и застыла у менеджера на полпути ко рту.

Менеджер принялся пролистывать слайд-шоу из того, что успели записать камеры. Вот неожиданно чёткий кадр: кто-то в плаще и шлеме направляет на камеру что-то похожее на лазер. Вот этот же кто-то замер перед садовыми гномами. Вот он же указывает указкой перед клеткой с котятами. А вот две тележки с ворованной мебелью и амбал в помощниках!

Он увеличил кадр с плащом. Нет, ему не показалось. Это определённо Злодей!

Регламент на такой случай был однозначен: нажать кнопку, сообщить, ничего не предпринимать. Регламент вообще много чего требовал и не всегда уместно, но кажется не в этот раз. Менеджер, на чьём рабочем бейдже не было имени, потянулся к экстренной кнопке вызова полиции, но тут его взгляд наткнулся на стену, где висело фото сотрудника месяца — Стива Баркина. Рука остановилась на полпути. Он посмотрел на кнопку, потом снова на фото.

Если он… В одиночку остановит грабителей… На этой стене ведь может повиснуть и его портрет. Впервые за всё время работы!

Он представил себе рамку. Небольшую. Можно даже сбоку, в уголке. Он не гордый. А Баркину, в конце концов, и одиннадцати хватит.

Долго думать мужчина не стал. Снял с пояса этикет-пистолет, заряженный жёлтыми ценниками «Уценка», и крутанул его на пальце, как револьвер. Затем откашлялся, поправил бейдж и, включив громкоговоритель в комнате охраны, впервые за шесть лет громко произнёс в микрофон:

— Уважаемые… воры. Смарти-смарт закрывается на учёт. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах, и спасибо, что выбираете нас!

Глава 16. Злодей и сотрудник месяца

— Уважаемые… воры. Смарти-март закрывается на учёт. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах, и спасибо, что выбираете нас!

Голос, раздавшийся из динамиков под потолком, был тот же самый. Усталый мужчина, работник магазина и, судя по всему, ночной менеджер, но в этот раз он звучал более… Уверенно и громко, что ли. Будто всю ночь репетировал эту речь перед зеркалом.

Но гораздо важнее не как он это озвучил, а ЧТО он озвучил. Сердце ушло в пятки от накатившего страха. Нас раскрыли! Не то чтобы мы особо скрывались: тёмно-синие костюмы, полумаски, плащ, шлем и две гружёные мебелью тележки посреди ночи на шпионскую вылазку тянули слабо. Да и подсознательно я с самого начала знал, что план «пришёл, увидел, своровал» шит белыми нитками и рано или поздно развалится.

Вот оно и развалилось. К счастью, скорее поздно, чем рано.

— Босс? — Здоровяк притормозил и задрал голову к ближайшему динамику. — А чего это они учёт ночью устроили?

— Того, что это по нашу душу! Ускоряемся! — приказал я Здоровяку, подавая пример и ускоряя шаг.

Здоровяк с готовностью навалился на ручку сцепленных тележек, и противное переднее колёсико запищало в два раза чаще. Одновременно с этим в шлеме раздалось торопливое шептание Боба, который, судя по отсутствию чужого баритона на заднем фоне, отошёл в сторонку.

— Пауль говорит, — зачем-то назвал он имя охранника, — что менеджер опять чудит. Что делать, босс? Воск мы уже нашли…