Кровь стучит у меня в ушах, и я бросаюсь на первого подоспевшего ублюдка, когда он пытается в меня выстрелить. Используя весь свой вес, чтобы сбить его с ног, я бью его пистолетом по голове.

Его рука смыкается на моем горле, намертво перекрывая дыхание.

Я чувствую, как что-то разрывает мне кожу на плече, а затем слышу крик Ченса: — У тебя есть еще один гребаный пистолет. Используй его!

Ченс убивает двоих бесчувственных, пока я отчаянно пытаюсь дотянуться до поясницы. От нехватки воздуха перед глазами пляшут черные пятна, но мне удается вытащить пистолет из-за спины. Приставив ствол вплотную к голове бесчувственного, я нажимаю на спусковой крючок.

Хватка на моем горле мгновенно ослабевает, и я вижу, как он испускает последний вздох. Его рука безвольно падает на землю.

Как только с угрозой покончено, чья-то рука хватает меня за локоть, и я оказываюсь в крепких объятиях.

— Ты в порядке, — выдыхает Рэйчел. И только тогда я осознаю, что она обнимает меня, тяжело и прерывисто дыша. — Ты была чертовски хороша.

Я отстраняюсь от нее, мы на секунду встречаемся взглядами, а затем я иду к разъяренному Ченсу.

Он тяжело дышит, его взгляд, направленный на меня, полыхает яростью.

— Мое гребаное терпение лопнуло. Ты должна держаться рядом со мной.

Я врезаюсь в него и обхватываю руками за талию.

— Я в порядке.

Но он не успокаивается и продолжает: — Ты не имеешь права ворваться в мою жизнь и вытворять подобные штуки. Мы прикрываем друг друга, а это значит, что ты всегда должна быть рядом.

— Я не могла оставить Доун без защиты. — Я отстраняюсь и беру его лицо в ладони. — Тебе пора начать мне доверять, Ченс. Какой смысл тренировать меня, если ты не позволяешь мне драться?

— Я тренирую тебя для того, чтобы ты выжила!

— Я знаю. — Встав на цыпочки, я целую его в губы. — Но зачем нужна такая жизнь, если выживу только я одна? — Я заглядываю ему в глаза. — Я в норме. Мы справились.

Он качает головой.

— Ты словила пулю в плечо. Нам нужен кто-то, кто ее вытащит.

— Я могу, — подает голос Доун. — Меня этому обучали.

Пока мы идем к главному зданию за аптечкой, Ченс произносит: — Это только начало. Нужно быть готовыми к новой атаке.

Обернувшись через плечо, я смотрю на разрушения и трупы. В груди начинает разгораться ярость от того, насколько бессмысленно оборвались эти жизни.

— Этого не случится, если я перенесу эту войну в экогород, — бормочу я так тихо, что меня никто не слышит.

Глава 12

ГЛАВА 12

ДЖАЙ

Ченс помогает остальным переносить раненых в парк, где для оказания помощи разбили палатки и расставили койки.

— Джай, нам нужна дикая трава, — говорит Доун. — Припасов не хватает.

Вытащив пулю, которая лишь слегка задела мою кожу, она принялась обрабатывать раны остальных выживших.

— Я принесу. — Схватив первую попавшуюся сумку, я жду, пока Ченс уложит принесенного им мужчину на койку, а затем спрашиваю: — Пойдешь со мной? Им нужна дикая трава для ран.

— Конечно. Я больше ни на секунду не выпущу тебя из виду.

Мы идем по одной из боковых улиц, потому что главная завалена обломками и телами погибших.

— Послушай, — произносит Ченс, и ждет, пока я посмотрю на него, прежде чем продолжить: — Я знаю, что эта ночь была тяжелой, и ты действовала на инстинктах. Ты молодец, и я горжусь тобой, но ты не должна отходить от меня.

— Поняла. — Я снова перевожу взгляд на улицу, все еще ожидая нового нападения. — Но ты тоже должен мне доверять. Доверие должно быть обоюдным.

— Я доверяю тебе, — бормочет он.

— Правда? — Я бросаю на него взгляд. — Потому что это совсем не чувствуется.

— Я не доверяю всем остальным. — Его лицо искажается от раздражения. — Да, благодаря тренировкам ты стала хорошим бойцом, но когда мы сталкиваемся с вражеской армией лицом к лицу, как это было сегодня, мы обязаны держаться вместе. Тебе не перебить их всех в одиночку.

— Я знаю. — Но я уверена, что попытаюсь, если это спасет людей, которые мне небезразличны. — Я буду осторожнее, — добавляю я, чтобы его успокоить.

— Мы – команда, — напоминает Ченс.

Я беру его за руку, переплетая наши пальцы, и мы идем вплотную к зданиям, пока не добираемся до открытых полей.

Пригибаясь как можно ниже, мы следим за любым движением вокруг, пока начинаем собирать пучки дикой травы.

Раннее утро после нападения пугает своей зловещей тишиной. Не слышно даже жужжания насекомых.

— Слишком тихо, — шепчет Ченс. — Будь начеку.

— Хорошо. — Я продолжаю оглядываться по сторонам, выкапывая корни ногтями и бросая их в принесенную с собой сумку.

Внезапно вдалеке раздается хруст, и мы падаем в траву, изо всех сил вжимаясь телами в землю.

— Не высовывайся, — шепчет Ченс.

Мы слышим еще один треск, словно слева от нас сломалась ветка.

Я вдыхаю запах земли, а мое сердце оглушительно бьется о траву и камни подо мной.