— Мы можем остаться, если тебя это расстраивает, — сказал он, и мне показалось, что он в какой-то степени надеялся, что я попрошу их остаться. — Это всего лишь хоккей, а мы и так на первом месте в дивизионе.

Я сузила глаза.

— Ни в коем, блядь, случае. Я переживу несколько дней без вас обоих, если только моя связь с Келланом выдержит расстояние.

Финли отстранился от машины и шагнул ко мне.

— Ты не должна «переживать». Поехали с нами.

Он остановился передо мной, и я уже собиралась согласиться, как вдруг вспомнила об одной вопиющей проблеме:

— Я не могу уехать без Тэлона. Его связь — самая новая. И к тому же она до сих пор немного рваная и нестабильная.

Связь с Тэлоном действительно передавала обрывки его эмоций, но она не была такой сильной, как с Хантером и Келланом.

Медведь бросил раздраженный взгляд в сторону потайной двери.

— Раздражающий ублюдок, — пробормотал он себе под нос. — Но ты, наверное, права, а значит, нам стоит просто забить на эти игры и остаться здесь.

Я прижала ладонь к его груди в надежде подчеркнуть, насколько я серьезна.

— Ни за что, Финли Торнтон. — Его ноздри раздулись, когда он уставился на мое прикосновение. — Вы и так пропустили слишком много игр из-за меня. Будет нечестно по отношению к тебе и твоей команде, если вы просто на все забьете. Мы можем каждый день созваниваться, а я буду смотреть ваши матчи по спортивному каналу.

Он не выглядел убежденным, а я слишком устала, чтобы спорить сегодня вечером.

— Можем поговорить об этом завтра, — наконец сказал он, взглянув на настенные часы, показывавшие два часа ночи. — Или, точнее, уже сегодня. — Он похлопал по моей руке, лежавшей у него на груди. — Иди спать, Снежная Королева. Я тут приберусь и тоже немного отдохну.

— Ты будешь спать? — спросила я, заметив усталость на его лице. — Я могу посидеть с тобой.

Его взгляд был пронзительным, и сначала я подумала, что он откажется, но потом он сказал:

— Да, хорошо. Я был бы не против.

Испытав облегчение от того, что он не будет один, я вдруг подумала о другом, и эта мысль могла ему не очень понравиться.

— Эм, у меня есть немного экстремальная идея, которая может помочь нам обоим и еще кое-кому.

Финли даже не стал просить уточнений.

— Меня устраивает. Дай мне умыться, и я встречу тебя… где?

Заставляя себя сохранять спокойствие, я произнесла:

— В изоляторе.

Его глаза расширились, и когда его взгляд метнулся к двери, я почти затаила дыхание, пока он не вздохнул.

— Да, давай так и сделаем. Пора бы уже привыкнуть к присутствию этого ублюдка. Увидимся через минуту, Льдинка.

Пока Финли ушел приводить себя в порядок, я взбежала по лестнице, чтобы достать одеяла и подушки из кладовки в коридоре. К тому времени, как я, с охапкой в руках, вернулась в гараж, Финли уже ждал меня в шортах для сна. Он поспешил ко мне и забрал постельные принадлежности.

Я открыла дверь и вошла первой, не удивившись, что Тэлон уже стоит у решетки, словно все это время ждал меня. Трепет в нашей связи вспыхнул с новой силой, когда я впивалась в него взглядом после нескольких дней разлуки. Когда в его груди заклокотало, я не смогла сдержаться и бросилась вперед. Протесты Финли потонули в шуме, когда я врезалась в прутья и потянулась к дракону.

— Сладкая моя, — выдохнул Тэлон, и за его словами снова последовало рычание дракона, когда он прорычал: — Не подходи больше ни на шаг, медведь. Дай мне побыть с ней.

Я вдыхала его запах, пока он крепко меня обнимал, и даже с решеткой между нами мне было уютно в его прикосновениях.

— Ты слишком долго не возвращалась ко мне, — пророкотал он, глубоко вдыхая аромат моих волос на макушке. — Я чуть снова не вырвался.

Это и вправду было слишком долго, и на меня это тоже повлияло, хоть я и притворялась, что все в порядке.

— Я постараюсь бывать здесь чаще, — сказала я, зная, что нам обоим это нужно. — Но я бы хотела, чтобы ты просто дал им информацию, которая им нужна, чтобы тебе доверять. Тогда ты мог бы выйти на свободу.

Тэлон отстранился, чтобы заглянуть мне в лицо.

— Я не могу, моя пара. Хоть я и не причиню вреда ни тебе, ни кому-либо из твоей стаи, я остаюсь верен их врагу и не вижу причин это менять.

Укол обиды от его слов заставил меня отпрянуть, создавая между нами дистанцию.

— Ты заявляешь, что я твоя пара, — грубо сказала я, — и при этом готов отдать меня альфе, который хочет причинить мне боль. Альфе, который убил мою мать.

Выражение его лица оставалось жестким и непреклонным.

— Ты моя. Никто и никогда больше тебя не обидит. Альфа знает об уговоре, и он заверил меня, что мы будем править вместе.

Смех Финли был надрывным и совершенно лишенным веселья.

— Ну ты и тупой ублюдок, раз веришь в это.

Тьма в его голосе напомнила мне того Финли, которого я встретила впервые, и я поняла, что не возражаю против его яростного медведя, когда тот направлен не на меня.