Она прыгает в пике, вытянув один кинжал, чтобы противостоять моему замороженному гладиусу, а второй держит в запасе, выжидая момент. Я позволяю ей скрестить оружие с мечом, чувствуя, как на лице расплывается улыбка, когда мой лед сталкивается с ее сталью. Будь мы оба обычными electii, на этом бы все и закончилось. Но я далеко не обычный. Ее оружие с нетерпением встречает мое, позволяя моему анимусу течь в него беспрепятственно, без защиты.

Я — Лед. Я — Железо. Во мне эти две сущности соединяются.

«Расколись», — мысленно шепчу я. Ее Символ Земли, хоть и могущественен, имеет слишком слабую конгруэнтность с ее оружием, чтобы защитить его от меня. Она не Легион. Она не Железо.

Кинжал Виксы разлетается на тысячу осколков, разорванный в клочья моим приказом. Я слегка пошатываюсь, чувствуя, как эссенция вытекает из меня с небывалой скоростью. Я никогда не тратил столько за один раз. Вены в теле горят, пока я заставляю их работать на пределе возможностей. Но это неважно — этот бой окончен.

Глаза некромантки расширяются от шока, когда ее оружие разлетается на части. Мой гладиус устремляется вперед, позволяя ей самой насадиться на него, пока она по инерции летит на меня. Несколько мгновений мы смотрим друг на друга, точно невеста и жених у алтаря. В некотором смысле этот момент столь же священен, но это конец, а не начало. Викса издает горловой хрип, но ни одного слова не слетает с ее губ. Я знаю, о чем она хочет спросить, но лишь качаю головой. Она умрет, так и не узнав моих тайн. Темно-багровый пузырь крови лопается у нее на губах, и я с яростным рывком выдергиваю из нее Glacialis Falx, разбрызгивая яркую кровь по полу пещеры.

Викса валится на землю бесформенной грудой. Она несколько раз конвульсивно дергается, но больше не поднимается. Я оставляю ее лежать на полу пещеры. Какое-то время стою над телом, наблюдая, как жизнь покидает ее глаза. Я не чувствую раскаяния — лишь мрачное любопытство от зрелища того, как обрывается столь древняя, порочная жизнь. Какими знаниями она обладала, которые мы теперь никогда не вернем? Меня пробирает дрожь, когда я бросаю взгляд на ее гнилые вены. Возможно, ни одно из них вообще не стоило того, чтобы им обладать.

Постепенно я начинаю кожей ощущать устремленные мне в спину взгляды. Я опускаю голову, делая еще один глубокий вдох, чувствуя прилив энергии от восстановления эссенции, после чего разворачиваюсь к своим людям. Маркус, Джаспер и Клинтус пристально смотрят на меня, словно требуя объяснений. Даже Анас, который пришел в себя, ошарашенно смотрит на меня оттуда, где распластался на полу. Только Феликс, кажется, не удивлен — он слегка кивает, словно только что получил подтверждение своих догадок.

«Позже», — отрезаю я, ссутулив плечи под тяжестью их обвиняющих взглядов. «Сначала выживем, а потом рассказы будем слушать».

Еще один обдуманный риск, на который я должен пойти. Если кто-то из них решит донести на меня Цензорам, меня казнят, как только мы вернемся в империю. Что ж, по крайней мере, тогда я воссоединюсь со своей семьей.

«Надевайте доспехи», — приказываю я, указывая на кучу лорик и гладиусов, ожидающих нас. «Мы не знаем, как скоро варвары придут проверить, как она. Первым делом оденьте Клинтуса. Железо должно помочь». Бойцы бросаются выполнять приказ, а я поворачиваюсь к Анасу, который все еще не оправился от удара Виксы.

«Живой?» — требую я ответа, протягивая руку этому громиле. Он какое-то время смотрит на нее, и я не могу понять: то ли он решает, не оттолкнуть ли ее, то ли у него настолько отшибло мозги, что он просто не понимает, что это такое.

«Буду, только верните мое снаряжение», — обещает он мгновение спустя и крепко хватает меня за запястье. Я поднимаю бывшего заключенного на ноги. Он слегка пошатывается, но ловит равновесие и направляется к остальным людям.

По позвоночнику, точно лапки паука, пробегает череда покалываний, их интенсивность нарастает, пока игнорировать их становится и вовсе невозможно. Не нужно быть жрецом, чтобы понять: это мягкий шепот нетерпеливого бога. Я поворачиваюсь и смотрю на остывающее тело Виксы, вспоминая точные условия моего votum Акило.

Брось ее кости в глубокую тьму моих пещер.

Мне с трудом удается сдержать вздох. Чтобы сделать это, нам придется идти в противоположном направлении от того, куда мы хотим. Не представляю, как объясню это людям, но надеюсь, они подчинятся. Я не позволю Акило вырваться из тюрьмы, которую для него соорудил Фригидус, даже если это будет стоить мне жизни.

Встряхнувшись, я спешу к остальным, чтобы натянуть комплект доспехов. В очередной раз меня поражает эффективность Железных легионов. Лорика, которую я накидываю на плечи, не моя — судя по ширине плеч, она принадлежала Маркусу. Но благодаря моему Символу подогнать ее под фигуру — пара пустяков. Спустя считанные мгновения мы готовы к бою.

Мой изначальный Кор трепещет от радости, воссоединившись с железом. Я снова чувствую себя цельным. Иметь доступ к эссенции лишь одного из своих Символов было все равно что наесться досыта, но умирать от жажды. Наконец-то я полностью удовлетворен.