Кендра не знала, что и думать о графе Лэнгфри. Он вызывал у нее то неприятное ощущение, которое кто-нибудь из коллег в Бюро назвал бы «мурашками по коже». Она не ожидала, что граф разрыдается из-за смерти служащего, но полное отсутствие расстройства казалось странным. Конечно, на травму люди реагируют по-разному, а справедливости ради нужно признать: до приезда на фабрику у него было несколько часов, чтобы оправиться от потрясения. Возможно, этим и объяснялась его холодность. А возможно, он просто был мерзавцем.

Бэнкрофт напоминал ей других подозреваемых, с которыми она сталкивалась: богатых и влиятельных. Такие всегда считали, что сумеют обаять, подчинить или переиграть кого угодно и выбраться из любой ситуации. А если это не помогало, доставали чековую книжку. Или, что хуже, звонили адвокатам. В двадцать первом веке люди вроде Бэнкрофта держали целые батальоны цепких, безукоризненно одетых и невероятно дорогих юристов, единственная задача которых состояла в том, чтобы блокировать любые запросы правоохранительных органов.

По крайней мере здесь — при этой мысли Кендра едва не улыбнулась — об адвокатах можно не беспокоиться. Лорд Бэнкрофт вряд ли пригласит сегодня вечером на ужин юридическую команду. И не только граф ждал этого вечера с интересом.

А пока Кендра вполне могла заняться Биддлом. Она повернулась к помощнику управляющего. Тот явно нервничал и теребил одну из золотых пуговиц жилета.

Она посмотрела на герцога. — Ваша светлость, может быть, вы, мистер Мэтьюз и констебль Джеймсон начнете опрашивать рабочих внизу? Выясните, когда они в последний раз видели мистера Стоуна живым и известно ли им о людях, которые ему угрожали.

Джеймсон свирепо посмотрел на нее, и Кендра поняла, что перехватывает управление ситуацией почти так же, как только что Бэнкрофт. За злость констебля ее трудно было винить. Но отступать она все равно не собиралась.

— А вы чем займетесь? — спросил Джеймсон.

— Поговорю с мистером Биддлом.

— Но…

— Разумный план, — быстро перебил герцог, уловив нараставшее напряжение. — Если мы разделим рабочих между собой, дело пойдет значительно быстрее, господа.

Герцог вывел обоих мужчин из комнаты, хотя перед выходом Джеймсон успел бросить на Кендру последний яростный взгляд через плечо.

Биддл остался стоять, по-прежнему крутя пуговицу жилета.

— Почему бы нам не сесть, мистер Биддл? — предложила Кендра. Не дожидаясь ответа, она устроилась на единственном стуле перед столом. Он помедлил, пожал плечами и опустился в кресло за столом.

— Как долго вы работали с мистером Стоуном? — спросила она, наблюдая, как тот взволнованно проводит рукой по волосам.

— Девятнадцать лет. Простите, мисс Донован. Для меня все это такой удар.

— Мне очень жаль. Наверняка. Вы родом из Ист-Динглфорда?

— Нет. Из Уордла. — Он положил руки на стол и сцепил пальцы. — Это деревня в миле от Манчестера. Собственно, я работал на фабрике в Манчестере, когда увидел в газете объявление лорда Бэнкрофта о вакансии помощника управляющего здесь.

— Вас собеседовал и нанял лорд Бэнкрофт? Не мистер Стоун?

— Нет. То есть да. Меня нанял граф, — уточнил он. — А почему это важно?

— Возможно, и не важно. — Кендра улыбнулась, продолжая изучать его. Одни люди нервничают на опросах просто по характеру. Другие — потому что им есть что скрывать. Интересно, к какой категории относится Биддл. — Расскажите о мистере Стоуне.

— Что именно вы хотите знать?

— Вы ладили?

— Да.

— Ни разу не спорили? Ни одного разногласия? Это, должно быть, мировой рекорд: девятнадцать лет работать на человека и ни разу не поспорить. — Она дала словам повиснуть в воздухе, затем надавила: — Особенно если этот человек — мистер Стоун. Мы слышали, что приятным человеком его не назовешь. Его даже обвиняли в шулерстве, а мне объяснили, что это весьма серьезное обвинение.

Биддл облизнул губы. — Пожалуй, разногласия иногда возникали, но… он был управляющим фабрики. Я подчинялся ему.

— То есть вы были деловыми коллегами, а не друзьями?

— Да. Именно это я и говорю.

— Хорошо. Тогда каким он был начальником? Уравновешенным? Или приходил на работу в дурном настроении?

— Иногда был уравновешенным, иногда — в отвратительном настроении.

Кендра вздохнула. — Мистер Биддл, вы хотите, чтобы его убийцу нашли?

— Конечно!

— Тогда нарисуйте мне его портрет. Не лгите и не смягчайте. Каким был мистер Стоун?

Биддл долго молчал, глядя на напряженно сцепленные руки. — Мистер Стоун был сложным человеком, — наконец сказал он. — Иногда бывал веселым…

— Но? — подтолкнула Кендра.

Биддл попался. — Но его хорошее настроение часто оборачивалось бедой для рабочих.

— Каким образом?

Он разжал пальцы и положил ладони на стол. — Он был управляющим фабрики Бэнкрофта. У нас работает почти триста человек, мисс Донован. Это крупнейшая фабрика в округе.

— Понимаю. Иными словами, у него было много власти.

— Да.

— И как он ею пользовался?