— Что бы это ни было, оно состояло из двух частей. Первая лежала на столе. — Она отпила кофе, и взгляд её скользнул к письменному столу, за которым сидел герцог. Поверхность была завалена корреспонденцией; рядом лежали раскрытая книга в кожаном переплёте и письменный прибор. По затылку Кендры пробежал холодок внезапного понимания. Неужели всё настолько просто?

Она заставила себя двинуться, поставила чашку и подошла к столу.

— Чем вы занимаетесь, ваша светлость?

Герцога вопрос, похоже, ничуть не удивил. Он вздохнул.

— Сверяю хозяйственные книги, дорогая. Лорд Бэнкрофт вдохновил меня провести газовое освещение в замке Элдридж. Но это весьма значительная статья расходов. Возможно, придётся урезать некоторые излишества в поместье, чтобы не переоценить свои возможности.

Кендра приоткрыла губы, глядя на аккуратные столбцы цифр. Воздух вокруг словно загудел, будто наэлектризованный.

— Предприятие предстоит немалое, — продолжил Элдридж, не замечая её рассеянности. — И, несомненно, оно вызовет суматоху среди слуг.

— Потому что вы управляете замком Элдридж как предприятием, — пробормотала она.

— Ну да, это так. — Он наклонился и поставил перо обратно в подставку. — К счастью, все мои поместья приносят прибыль, и на толщину кошелька мне жаловаться не приходится. Но свободных средств у меня недостаточно, чтобы просто выписать чек на столь крупную затею.

— Ваши деньги вложены в другие предприятия.

В голубых глазах герцога мелькнуло осознание: он наконец понял, что вопрос задан не из праздного любопытства.

— Да. Значительная часть капитала размещена на бирже, а также в личных и совместных вложениях. К чему вы ведёте, дорогая?

Кендра заметила, что Сэм и Алек тоже смотрят на неё с любопытством. Она взглянула на часы.

— У меня появилась мысль, но мне нужна минутка.

Сердце забилось быстрее. Она пересекла комнату и распахнула дверь.

Брови герцога взлетели.

— Боже правый. Куда вы, мисс Донован?

Но Кендра лишь покачала головой, закрыла дверь отдельной гостиной и быстро пошла по коридору.

Адреналин подстегнул пульс. На мгновение она испугалась, что Алек пойдёт следом, но до задней двери добралась беспрепятственно. Выйдя наружу, Кендра поёжилась: тонкое муслиновое прогулочное платье совершенно не защищало от прохладного ветра. После вчерашнего дождя трава оставалась мокрой, и, пока она пересекала двор по пути к сараю, влага пропитала подол юбки. Толкнув дверь, Кендра остановилась, давая глазам привыкнуть к полумраку. И снова на неё обрушился тяжёлый запах стойла.

Из теней вышла миссис Болтон. В её взгляде читалась тревога.

— Вы пришли одна?

— Да, — ответила Кендра, хотя это и так было очевидно.

Она посмотрела на высокую фигуру позади старухи. Мужчина был, по её прикидке, лет на двенадцать моложе сестры, но постоянное напряжение состарило его. Лицо избороздили глубокие морщины. В волосах серебра было уже больше, чем светлого золота. Когда Кендра впервые увидела его на дороге, он вымазал лицо сажей, отчего глаза горели ярким голубым пламенем. Теперь, без такого контраста, они казались почти бесцветно-голубыми. Под ещё более грязным твидовым пальто на нём была запачканная рабочая блуза, коричневые шерстяные брюки и заляпанные грязью сапоги, настолько изношенные, что у носка уже отходила подошва.

— Джозеф, это мисс Донован, — представила их миссис Болтон.

— Мы не имели никакого отношения к убийству мистера Стоуна, — сразу заявил он, настороженно сощурившись. — И мерзавца, что убил Стоуна, я тоже не видел. Лора говорит, вы хотите узнать именно это, но не понимаю, чем могу вам помочь.

Он выглядел готовым в любую секунду сбежать. Кендра осторожно сделала шаг вперёд.

— Я знаю, что вы не причастны к убийству Стоуна. Но вы были тогда на фабрике. Мне нужно, чтобы вы рассказали, что произошло, когда вы туда вошли. Возможно, вы заметили больше, чем сами понимаете.

— Всё хорошо, Джозеф. — Миссис Болтон положила руку брату на предплечье. — Пожалуйста, расскажи мисс Донован всё, что помнишь.

Он жёстко посмотрел на Кендру.

— Своих людей я не выдам.

— Я и не прошу. Почему вы выбрали для нападения именно тот день?

— Они как раз заказали новые станки и уволили семерых хороших работников. У тех семьи. Скоро будут голодать, а там и в работный дом попадут. — Джозеф насупился. — Неправильно, что его светлость позволял мистеру Стоуну экономить на безопасности. В прошлом месяце Нед Манн лишился правой руки. Как ему теперь кормить семью?

— Вы ведь раньше работали там? Когда вы впервые заметили, что условия труда ухудшаются?

— Стоун уволил меня три года назад, когда я начал жаловаться на низкую плату. Не помню, когда впервые понял, что всё идёт не так.

— Но было время, когда на фабрике всё было хорошо?