Сферы: тень · тайны · память · завесы · запретные знания

Символ: маска, наполовину золотая, наполовину серебряная

Связанная роль: Странник Завесы

Селан

Титул: Шепчущее Пламя Памяти

Кольцо: Внутреннее

Сферы: память · истории · предания · эхо · сохранение

Символ: пылающий свиток

Связанная роль: Хранитель Преданий

Мир

Титул: Бог-кузнец Искры и Плоти

Кольцо: Внутреннее

Сферы: созидание · ремесло · изобретательство · связанный потенциал

Символ: медная наковальня с выгравированными нитями

Связанная роль: Творец Нитей

О ПОГРЕБЁННЫХ БОГАХ

ФРАГМЕНТ СПРАВОЧНИКА

После Раскола Внешние и Расколотые Боги были погребены — их вычеркнули из летописей, обрядов и памяти. Их имена стёрли, символы уничтожили, а поклонение им запретили.

Остались лишь Внутренние Боги — ослабевшие и безмолвные, чьё присутствие сохранилось скорее в традициях, чем в истине.

1. НА ГРАНИ ЗНАНИЯ

«Эшани не рождаются — ими становятся через связь. Владеть душой — значит с каждым ударом обращать боль в цель, вплетать силу в саму ткань памяти. То, что нас ломает, определяет, кем мы становимся».

— Кодекс Отмеченных Нитью, том I

Одни говорили, что в Дождевой Шпиль приходят скорбеть сломленные боги. Другие утверждали, будто это рана, оставшаяся после Раскола: здесь разверзлась земля, и с тех пор небо так и не перестало плакать.

Мне, если честно, было плевать и на то и на другое. Это единственное место, которое казалось по-настоящему моим.

Да, здесь почти вечно лил дождь, а постепенно разваливающейся башне хватило бы одного сильного порыва ветра, чтобы рухнуть, зато вокруг не было ни души — именно так, как я любила. Жизнь в Железной Академии означала, что ты постоянно у всех на виду. А скоро за мной будут не просто наблюдать.

Завтра я свяжу свою душу с пятью незнакомцами.

Они поселятся у меня в голове. Будут слышать мои мысли. Чувствовать мои эмоции. Выбор простой: либо это, либо жизнь где-нибудь в диких землях — опозоренной и никому не нужной. Я три года училась, чтобы стать Эшани. И теперь не собиралась от всего отказываться.

Внизу волны разбивались об острые утёсы, взметая к небу белые брызги, словно предупреждение. Я болтала ногами над краем Дождевого Шпиля, прекрасно понимая, что с вероятностью процентов в тридцать камень подо мной обвалится и со скалами внизу я познакомлюсь куда ближе, чем хотелось бы.

Бывают судьбы и похуже.

Линии на моей левой ладони ветвились и изгибались, складываясь в запутанную карту историй, смысла которых я не понимала. Я рассеянно провела по ним пальцами, словно по этим шрамам можно было прочесть будущее.

— Ты ведь не пытаешься запомнить свою ладонь наизусть?

Я вздохнула, опустила руку и потянулась, пока спину не пронзило резкой болью, заставив меня поморщиться. Касар Вейн устроился рядом, и несколько мелких камешков сорвались из-под него и полетели в море.

— Ты меня нашёл, — сухо заметила я.

— Мне не нужна кровная связь, чтобы знать, где ты, Иса.

Я оторвала взгляд от бескрайнего горизонта, где море растворялось в розово-оранжевой дымке. Каким-то образом мягкий свет заката сглаживал всё вокруг. Даже его.

Закат позолотил загорелую кожу Каса, а светлые волосы в его лучах казались почти золотыми. Он улыбнулся, и на щеках появились две ямочки — оружие массового поражения.

— Тебе не кажется, что точёная челюсть в комплекте с ямочками — это уже перебор?

Его непринуждённый смех подхватил ветер, словно мелодию, которую слышал лишь Дождевой Шпиль.

— Коруун явно возлагал на меня большие надежды, когда прял мою нить.

— Если мне не изменяет память, именно из-за них я чуть не отказалась с тобой дружить.

Он тихо рассмеялся, и от этого звука у меня что-то болезненно сжалось в груди. На мгновение его рука потянулась к моей, но замерла. Отголосок старой привычки. Он прекрасно знал, что не стоит. И всё же иногда забывался.

От почти случившегося прикосновения кожу закололо. Я сделала вид, что ничего не заметила, а он — что ни о чём не пожалел.

На нас была одинаковая бело-золотая форма Отмеченных Нитью. Чёрные плащи лежали за спиной, словно тени. Кас выглядел так, будто был неотъемлемой частью Ньярена: смуглая кожа, светлые волосы и янтарные глаза здесь встречались повсеместно. А вот одного взгляда на меня хватало, чтобы понять: я здесь чужая.

Обычно меня выдавали синие волосы.

Такие волосы встречались лишь у жителей одной из пяти стран. Ратвенорна. Врага Ньярена во всём, что действительно имело значение. Последние двадцать один год прошёл в бесконечных стычках, борьбе за власть и разрухе. Ни у одной из стран уже не осталось ни золота, ни людей, чтобы продолжать войну, но уступать не собиралась ни одна.

Похоже, язык мира был им обоим незнаком.