Кажется, что проходит целая вечность, прежде чем Аш-тар осторожно опускается на землю над расселиной. Наконец он приземляется и низко пригибается. Ве-рон-ка соскальзывает с седла, и дракон тут же снова расправляет крылья, защищая ее от пронизывающего ветра. Нам с Кэшолом удается выбраться из корзин, и у меня такое ощущение, что мои ноги целиком сделаны изо льда. Я топчу ими по снегу, чтобы вернуть чувствительность пальцам ног, и к тому времени, как мы снимаем седла и сбрую со спины Аш-тара, Зеннек, Бек и Хэйден поднимаются на лифте поприветствовать нас. Мы приветствуем друг друга быстрыми хлопками по спине и рукопожатиями, и они забирают у нас рюкзаки, а Ве-рон-ка протягивает большому дракону меховой плащ. Мгновение спустя Аш-тар уже в своем человеческом обличье, голый, скорчившийся на земле. Он забирает плащ у своей пары и накидывает его на нее, целуя в лоб. Она бормочет.

— Я полон огня, — просто объясняет он, ухмыляясь. — Мне не нужно одеяло. Но моей паре холодно.

— Штаны, — резко говорит она. — Тебе нужны штаны.

— Прошло столько месяцев, а ты все еще не можешь заставить его носить одежду? — говорит Бек, и его голос звучит более беззаботно, чем я помню. Он хлопает Аш-тара по плечу. — Хотя, твоя пара права. Некоторые человеческие женщины пугаются, когда видят обнаженного партнера другой женщины. — Он снимает свой легкий плащ и предлагает его Аш-тару, который оборачивает его вокруг своих бедер.

Бек… такой счастливый. Я удивленно смотрю на него. Иногда я забываю, что у него теперь есть пара, и благодаря ей он доволен. Я рад за него. Все должны быть так же счастливы, как я со своей Мэ-ди. Кто должен быть счастлив… прямо внизу. Я беру свой рюкзак и направляюсь к лифту, страстно желая еще раз обнять ее. Я не могу дождаться, когда увижу ее лицо… и своего сына. У нас с Кэшолом одна и та же идея, и он шутливо подталкивает меня, когда мы оба одновременно заходим в лифт, а затем отпускаем блок, чтобы спуститься.

Все остальные встречи могут подождать, кроме одной.

Тропинка к деревне, петляющая по ущелью, кажется бесконечной, но в конце концов я слышу радостные крики и вижу, как впереди собирается толпа. Кэшол срывается на бег, и его пара, радостно всхлипывая, устремляется вперед. Она раскидывает руки, и Кэш хватает ее за талию и, смеясь, кружит. До этого момента я не осознавал, как сильно он по ней скучал, но, когда я проходил мимо него, в его глазах стояли слезы радости, и он осыпал лицо своей пары тысячью поцелуев. Выбегает молодой самец, и на мгновение я думаю, что это Масен, но у этого большие рога и темно-синяя кожа — Хольвек, который вылитый отец. Он бросается к обнимающим его матери и отцу, и они заключают его в свои полные слез объятия.

Я оглядываю толпу в поисках своей пары и сына. Мэ-ди не выбежала и не заплакала, увидев меня, но я этого и не ожидал. Моя Мэ-ди не похожа на Ме-ган, которая цепляется за Кэшола, как за саму жизнь. Моя пара независима и уверена в себе и ожидала бы, что я приду к ней. Я ухмыляюсь, представляя, как веселится моя прекрасная пара, наблюдая, как Ме-ган рыдает на Кэшоле.

Фигура в плотном плаще выходит вперед, и ее руки держат маленького мальчика, стоящего перед ней. Женщина тяжелее остальных, стоящих рядом с ней, груди у нее большие и торчат из-под туники. Мое сердце начинает бешено колотиться. На мгновение я чувствую себя женщиной Кэшола, и мне хочется плакать от этого зрелища. Потому что я знаю, кто это, еще до того, как она сбросит капюшон и покажет свою желтую гриву и круглое улыбающееся личико.

Это моя прекрасная, совершенная Мэ-ди.

У меня в горле образуется огромный ком, и я с трудом сглатываю, хотя и шатаюсь вперед. Масен бросается вперед, протягивая руки, и я подхватываю его, когда он падает на меня. Эмоции, от которых у меня перехватывает горло, перерастают в смех, и я крепко обнимаю своего сына. По-моему, он вырос с тех пор, как я видел его в последний раз. Он выглядит крупнее, а его лохматая грива длиннее.

— Мой маленький охотник, — бормочу я. — Ты заботился о своей маме вместо меня?

— Конечно, папа! — Он улыбается мне. — И у меня есть домашний грязноклюв!

Я пытаюсь скрыть свою реакцию на это.

— Эм, правда?

Но тут появляется Мэ-ди с дразнящей улыбкой на розовых губах, и мое сердце снова учащенно бьется. Я переворачиваю Масена на бок, освобождая руку, и обнимаю свою пару, крепко прижимая ее к себе. Мои объятия полны моей семьи, и это ощущение… неописуемо. Как будто я могу покорить сами горы.

— Добро пожаловать домой, — говорит Мэ-ди мне на ухо хриплым голосом.

Мой член тут же твердеет. Я прижимаю ее ближе, мне нравится, что ее большие груди упираются в мой бок, а ее рука ложится мне на грудь.

— Я очень скучал по тебе, моя прекрасная пара.

Она смеется.

— Конечно, ты скучал. Мы потрясающие. — Она подмигивает Масену и обнимает меня за талию, крепко прижимая к себе. — Ты больше никогда не будешь так долго отсутствовать, хорошо?

— Ты скучала по мне?

Она встряхивает своей чудесной желтой гривой.

— Я бы никогда в этом не призналась. — Но на ее губах появляется улыбка, а глаза сверкают так ярко, что на мгновение кажется, будто они сияют. Я задаюсь вопросом, собирается ли она заплакать, как Ме-ган, но она просто прикусывает губу и притягивает меня для еще одного крепкого объятия.