— Йоханна тоже рассказала мне о ней несколько историй. Похоже, Герда и правда очень странная. Представляешь, она говорила соседским детям, чтобы после наступления темноты они не выходили на улицу, потому что по Ауф-Монсу бродит злой дух.

— Господи! — Марко покачал головой.

— Да. Родители детей потом серьёзно с ней поговорили. С тех пор Герда Кин почти ни с кем в посёлке не здоровается.

— Мы и сами заметили это при первой встрече три дня назад, — сказал Марко.

И тут у него в голове сама собой возникла мысль:

Когда мир ещё был в порядке.

Они ещё немного поговорили, после чего Марко предложил продолжить на кухне.

В холодильнике оставалось филе куриной грудки после их первой поездки за продуктами. Пока Марко готовил из него карри с большим количеством овощей, они выпили ещё по два бокала вина и долго вспоминали Ольденбург и друзей, оставшихся там.

Карри получилось восхитительным. В конце концов они оба так наелись, что для пищеварения выпили по рюмке травяного шнапса.

Затем вместе убрали со стола, и Марко принёс из подвала ещё одну бутылку белого вина. С ней они снова устроились на диване.

Временами они даже смеялись, и страшное происшествие, случившееся утром, хотя бы ненадолго отступало на задний план.

ГЛАВА 12

 

Вскоре после одиннадцати Джеймс встал перед Марко, заскулил и замер, не сводя с него глаз. Обычный знак: псу нужно на улицу.

— Ты ведь недавно с ним гулял. Он ничего не сделал? — удивилась Инес.

Марко заметил, что речь Инес звучит слегка невнятно. Алкоголь она переносила заметно хуже него.

— Честно говоря, не знаю. Я отпустил его побегать на пустом участке, но меня отвлекла Герда Кин. Думал, он всё уже сделал.

Марко посмотрел на продолжавшего скулить пса и поднялся.

— Но, очевидно, ошибся. Пройдусь с ним ещё раз.

Он пошёл тем же маршрутом, что и ранним вечером. Едва Марко отстегнул поводок на краю пустого участка на Штефан-Эрдман-штрассе, Джеймс пробежал несколько метров и тут же присел.

Убрав за ним специальным пакетом, Марко задумался, не вернуться ли домой кратчайшим путём, но решил пройти тем же маршрутом, что и четыре часа назад.

Когда он свернул на Бишофштрассе, дом супругов Кин был погружён в полную темноту. Марко остановился и сквозь просвет между живыми изгородями посмотрел на чёрные прямоугольники окон в тёмно-бежевом фасаде.

Интересно, что после убийства творилось в голове Герды Кин, если она действительно верила в привидения?

Убийство…

Марко отвернулся и пошёл дальше.

Нет. Только не эти картины. Нужно найти способ от них избавляться.

Работа… Да, это помогает.

В понедельник он приступит к своим обязанностям. Интересно, с какими людьми ему предстоит познакомиться?

Одним из немногих огорчений, связанных с переездом из Ольденбурга в Шпессарт, было то, что им пришлось оставить прежний круг общения. Конечно, все клятвенно обещали поддерживать связь и ездить друг к другу в гости, но Марко не питал иллюзий. Почти пятьсот километров сделают своё дело: встречи постепенно станут реже, а однажды прекратятся совсем.

Так уж устроены люди.

В доме Марешей всё ещё горел свет, однако с улицы Марко никого не увидел.

Когда на обратном пути он снова поравнялся с соседним домом, то внезапно замер. Сигнальная лента оставалась на месте, а вот полицейская пломба выглядела иначе, чем ранним вечером.

Марко прищурился, пытаясь рассмотреть её получше.

Неужели её разорвали?

Возможно, полиция ещё раз приезжала собирать следы. Но тогда, уходя, сотрудники наверняка сразу установили бы новую пломбу.

Ничего не поделаешь. Как бы Марко ни хотелось поскорее вернуться домой, нужно было осмотреть пломбу вблизи и, если с ней что-то не так, сообщить старшему комиссару Грефен.

После последнего колебания Марко приподнял сигнальную ленту и нагнулся, проходя под ней.

Джеймс хотел остаться на тротуаре и упёрся, натянув поводок. Марко с усилием потянул его за собой, и пёс наконец уступил, последовав к входной двери.

Пломба оказалась не разорванной, а просто наклеенной немного криво. Вероятно, всё было именно так, как предположил Марко: полицейские снова заходили в дом, а уходя, установили новую.

Он стоял меньше чем в метре от двери и смотрел на неё, когда всё вокруг вдруг закружилось.

Марко протянул руку и опёрся о дверное полотно. Затем прижался к нему всем телом, пытаясь не упасть.

Как раз вовремя.

Ноги подогнулись, и он словно в замедленной съёмке соскользнул по двери на землю.

И тут она появилась снова.

Женщина, подвешенная вниз головой.

Страшные картины разворачивались перед внутренним взором Марко, как сцены из фильма. Он увидел длинное лезвие ножа в поросшей волосами руке. Лезвие провели по горлу женщины. Из раны огромным фонтаном хлынула кровь, но женщина медленно повернула голову и посмотрела прямо на Марко мёртвыми, тусклыми глазами.

Он снова и снова мотал головой, пока кошмарное видение не исчезло.