Вес моих предплечий давит на колени. Бьющееся сердце отдаёт в кончики пальцев.

— Спасибо, — единственное, что я нахожу сказать.

Она слегка улыбается, но не задерживается.

— Э-э, кстати… я уезжаю завтра.

Звук, как при прокрутке пластинки назад.

— Ты что?

Она морщится.

— Извини. Надо было сказать.

— Куда ты едешь?

— Домой, — говорит она. — Ну, в мой родной город, — поправляется она, будто это не одно и то же. Она кивает на Берни Бёрда. — Я вроде как потратила все сбережения на этого парня. — Она берёт его лапу и машет ей в мою сторону. Это мило. — Я не могу остаться в Лос-Анджелесе. Я знаю, что это может замедлить наш процесс. Но мы всегда можем по видеосвязи. И…

— Я просто поеду с тобой.

Беверли замирает.

— Что?

Я закрываю глаза, раздосадованный собственной импульсивностью. Возможно, не стоило приглашать себя. Но мне нужна эта работа. Мне нужно работать с ней. И я сделаю всё, чтобы это случилось. И где угодно должно быть лучше, чем место, где случайные парни с камерами выслеживают меня во время работы или где мне приходится объезжать квартал раз-другой, чтобы меня не преследовали.

— Я мог бы поехать с тобой, — говорю я, на этот раз больше как предложение.

Она моргает.

— Ты меня даже не знаешь.

— Я жил в гастрольном автобусе с незнакомцами, которые стали моими лучшими друзьями. Здесь не может быть намного иначе.

Медленная улыбка появляется на её щеках.

— Мы станем лучшими друзьями, Гриффин Харви?

— Может быть, — отвечаю я. — Кстати, извини. Мне говорили, что я… э-э… резкий. Я хотел сказать, что мне нужно работать над своей музыкой. Уехать из города, чтобы сосредоточиться, не было бы плохой идеей. Как долго ты планируешь там быть?

— Мне нужно делать презентацию в марте. Так что… если всё пойдёт хорошо… наверное, до тех пор.

— Я могу, — отвечаю я. — Я уезжаю в тур в середине марта.

Беверли склоняет голову в раздумье. Мне почти нравится наблюдать, как работают её мозги. Будто я вижу, как шестерёнки переключаются при каждом движении её зубов по нижней губе.

— Ты серьёзно, — говорит она.

— Думаю, мне бы хотелось побыть где-то ещё какое-то время, — говорю я. — Подальше от клоунов с камерами…

Она ухмыляется.

— Клоунов?

— Клоунов, которые выслеживают меня в ресторанах, — заканчиваю я с лёгкой усмешкой. — Место, где можно вздохнуть.

Она выдыхает, надувая щёки.

— Ну… мой родной город подошёл бы.

Похоже, в этом тяжёлом выдохе скрыто многое.

— Это плохо?

— Ну… он вроде как закрывается на зиму? — Это звучит как вопрос.

— Закрывается?

— Мы в горах, так что добираться до вершины становится проблематично примерно после ноября. Люди могут ехать. Мы не перекрываем дороги. Но туристов мало, так что мы закрываем почти все бизнесы. Это город-призрак.

Город-призрак. Неплохая идея. Город без людей, которые глазеют. Без камер.

Просто я, Ава и моя музыка.

— Так что если ищешь место, чтобы сбежать… — продолжает она, затихая с пожиманием плеч.

— Это было бы идеально, на самом деле.

Она снова изучает моё лицо, будто ищет ложь. Через несколько мгновений она скрещивает руки на груди.

— Ладно.

Опять это «ладно».

Ладно, я тебе верю.

Ладно, я тебе доверяю.

— Ну, — говорит она. — Сейчас ещё январь, так что будет холодно.

Я пожимаю плечами.

— Не проблема.

Она снова качает головой.

— Ты правда серьёзно, да?

— Если ты серьёзна.

— Нет, нет, нет, — говорит она с поднятыми руками, смеясь. — Это на тебе. Ты правда готов собрать всю свою жизнь и переехать домой со мной?

Мы могли бы. Моя жизнь — это я и Ава, и ничего больше.

И тут до меня доходит: Беверли придётся узнать об Аве.

Я не знаю, почему не подумал об этом раньше, но почему-то часть меня считает, что… я могу доверять Беверли. Я могу доверять этой женщине, которая просто пытается возродить детское шоу.

Я доверяю ей, потому что она доверяет мне.

— Да, — отвечаю я. — Я бы переехал с тобой.

Она выпаливает:

— Ну, ты не можешь жить со мной.

Фраза вылетает так быстро, что моя грудь сжимается.

— Обещаю, у меня не было планов жить с тобой, — говорю я.

Её лицо заливается розовым.

— Нет, я имею в виду, я живу с родителями. Ты буквально не можешь въехать ко мне. Я не думала, что ты… что мы…

— Я тоже.

— Мы только что встретились, — говорит она. — Ты меня даже не знаешь.

— Но я серьёзно настроен.

— Ты вообще когда-нибудь не серьёзен?

Я выдыхаю воздух через нос.

— Иногда.

Она кривит губы в сторону.

— Ладно, — наконец говорит она. — Ладно. — Она вздыхает и поднимает руки. — Ладно. Я имею в виду, я не могу тебя остановить.