— Я верю, что мы находимся в поворотном моменте для Долины. Все, что мы так усердно строили последние пять поколений, в опасности. Нам о многом нужно отчитаться, но людей на стороне добра гораздо больше, чем ты думаешь. Истинного добра. Им просто нужен кто-то, кто организует их, кто сплотит их в этот момент, — её глаза смягчаются. — Если ты выберешь это, я верю, что этим кем-то можешь стать ты.

Мой смех удивляет меня саму.

— Кто пойдет за мной? У меня здесь не самая лучшая репутация бунтарки.

Бабушка качает головой, и это небольшое усилие явно истощает её.

— Не пойдет, а поверит. И твоя преданность — это именно то, за что они будут доверять тебе! — В её голосе я слышу, что она действительно верит в это, хотя я не могу разделить её веру. Но она еще не закончила.

— Внутри Стены у нас нет правителей, — говорит она. — Или, по крайней мере, раньше не было. Все, что стоило делать, мы делали сообща. Скажи мне, Роуз, — её голос становится тонким, дребезжащим. Я знаю, её силы на исходе. — Как ты сюда попала? В коттедж Аптекаря прямо сейчас, когда должна была быть заперта под охраной в подвале часовни?

Я тру виски, пытаясь унять пульсирующую головную боль. Гриффон пришел за мной. Оскар, Мерил, Ээро и Сэл заставили меня уйти, хотя я хотела остаться с ними. Потом Соджорнер одолжила мне свой плащ и помогла улизнуть через заднюю дверь её офиса. Это много людей, если задуматься, но чего они от меня ждут?

— Мои друзья помогли, — наконец отвечаю я. Это правда. Более того, это то, что бабушка надеялась услышать.

Её улыбка прерывается внезапным приступом кашля. Я вскакиваю на ноги, убеждаясь, что её дыхательные пути чисты, прежде чем осторожно потереть ей спину. Когда она снова может дышать, я спешу принести воды. Она делает несколько глотков, но она так слаба. Она больше не может говорить.

Я подкладываю ей подушку, проверяю, чтобы огонь горел и болеутоляющее было под рукой. Когда я спрашиваю, хочет ли она, чтобы я осталась, она машет рукой, прогоняя меня. Я боюсь, что она держится только ради меня. Я не могу подвести её, но не имею ни малейшего представления, как выглядит успех.

Я поправляю одеяло на плечах бабушки, целую её в лоб и выхожу на улицу. Голоса справа пугают меня, поэтому я натягиваю красный капюшон и спешу обратно той же дорогой, которой пришла.

Я добираюсь до часовни как раз тогда, когда начинают звонить колокола.

Глава 58

Соджорнер ждет у своей личной выходной двери. Она втаскивает меня внутрь, хватает свой плащ и провожает обратно в главную часовню, где расхаживает Гриффон.

— С возвращением, — громко говорит он. — Я скучал.

К Стражу, следившему за лестницей в подвал, присоединился второй. Они увлечены жаркой игрой в кости, почти не обращая на нас внимания.

Это хорошо, потому что я не могу подыгрывать, не могу вести себя так, будто мы двое влюбленных подростков, не могу притворяться, что все в порядке или когда-нибудь снова будет. Гриффон кивает Главному Жрецу, затем берет меня под опеку и ведет наружу.

— Ты в порядке? — спрашивает он, его голос звучит тихо и участливо.

Весь наш мир — ложь.

— Я в порядке, — это все, что я могу выдавить.

— Что ты видела в сейфе?

Я резко качаю головой. Не могу заставить себя рассказать ему.

Вместо того чтобы давить на меня, он потирает мне спину неожиданно нежным движением, а затем выпрямляется. Деревня живет своей привычной жизнью — делаются доставки, люди работают в своих коттеджах, — но мне кажется, что каждый следит за нами. Прищуренные взгляды, шепчущиеся губы. Гриффон наклоняется ближе и обнимает меня за талию, стараясь не задеть швы. Для любого наблюдателя мы выглядим нежно. Они не догадываются, что он поддерживает меня, чтобы я не упала.

— Я провожу тебя обратно в наш коттедж, — говорит он, понизив голос так, чтобы слышала только я, — но сначала должен кое-что сказать. О моем отце. — Гриффон делает глубокий вдох, прежде чем признаться: — Роуз, он намерен выйти за Стену.

Если я и выгляжу удивленной, то только потому, что все еще не оправилась от того, что узнала в сейфе Хранителя Записей.

— Оу?

— Я знаю, — успокаивает меня Гриффон. Он серьезен, принимая мое молчание за нечто иное. Я не поправляю его. — Но не стоит беспокоиться. Я знаю, как остановить его, чтобы никто больше не пострадал.

— Уничтожив взрывчатку, планшет и корзину для Жатвы, прежде чем Ярек сможет ими воспользоваться?

Он запинается на полушаге, его рот открывается, как цветок кувшиночника. Я чувствую внезапную и неожиданную утрату, осознавая, что никогда больше не смогу смотреть на свои собственные плотоядные растения так, как прежде.

— Да, Роуз. — Гриффон несколько раз моргает. — Это на самом деле странно…