— Но это неплохое начало. — Я пишу «Кинжал Эона» и наблюдаю, как чернила исчезают, словно высыхающая вода. На другой странице начинает сам собой выписываться курсив, перечисляя сотни файлов и книг по всей комнате. Я качаю головой и пробую «применение Кинжала Эона», но результат тот же. Слишком широкий охват. Я барабаню пальцами по столу.

— Ты сказала, клинки нагрелись, верно? — спрашивает Питер, подходя ко мне. — Попробуй «расплавленный сплав Кинжала Эона».

Пятнадцать результатов проступают на странице. Бинго.

— Ты гений, — выдыхает София. Питер расплывается в улыбке.

Мы распределяем находки между собой и начинаем искать. Питер решает, что статья из выпуска «Вестника Харкера» за 1948 год — хорошее начало. Газета подшита где-то между катушками пленки с пометкой «Оригинал Чаплина, 1914» и демоническим текстом, который выглядит старше Стоунхенджа.

После того как он настаивает, чтобы мы надели перчатки для работы с древностями — человек в духе Фионы, — мы открываем газетную вырезку под заголовком «ПРИСТРАСТИЕ ХАРКЕРА К РЕДКИМ ТОВАРАМ», в которой описывается длинный список коллекционного оружия, редких книг и запрещенных зелий, найденных в кампусе Харкера. В статье упоминается всё: от обоев династии Тан в вестибюле жилого корпуса третьекурсников до средневековой палочки в рамке в классе Донмер..

— Здесь, — говорит София через минуту. — Нашла.

Она указывает на абзац и начинает читать вслух:

— «Эонов никогда не было много изначально. К началу века в записях Цитадели осталось всего четыре родословные. Поэтому неудивительно, что эти Кинжалы Эонов имеют огромную финансовую ценность. Тем более когда полный комплект, включая кинжалы Лимантриана и Девианта, цел. Однако Кинжал Эона — это не просто ценный коллекционный предмет. Столетия использования самыми смертоносными охотниками в истории означают, что оружие пропитано духом великих битв, убийств и триумфов. Когда лезвие переплавляется, полученный сплав может быть использован во многих темных ритуалах и заклинаниях». Значит, кто-то в кампусе действительно пытается сдать зачет по Ритуалам и Экзорцизму на отлично?

Я смотрю на полку, забитую бумагой такой тонкой, что она кажется папиросной. Шестеренки в моей голове вращаются так сильно, что я почти чувствую это. Темные ритуалы и заклинания.

Мы с Питером поднимаем головы и встречаемся взглядами.

Он спешит к столу и пишет на странице: «ингредиенты Сирабракс».

Эллиот нависает над его плечом рядом со мной.

— То заклинание, о котором ты нам недавно рассказывал?

Появляется только один результат, написанный тем самым изящным зачарованным курсивом. Старый гримуар, хранящийся в самом дальнем углу комнаты. Питер встает, натягивая перчатки.

— Давайте посмотрим.

Но беспокойство уже разлилось по моим конечностям. То самое жуткое чувство, когда стоишь на пороге чего-то, о чем точно пожалеешь. Как открывать медицинский справочник, когда голова болит четыре дня подряд. Или допивать последний стакан, зная, что остаток ночи проведешь в обнимку с белым другом.

И я, очевидно, мазохистка. Я иду за Питером и помогаю ему вытащить дряхлую книгу с самой верхней полки. Запах разлагающейся бумаги бьет в нос при каждом повороте страницы. Мы быстро находим раздел «Сирабракс». Он помечен тремя разными штампами «СЕКРЕТНО».

Первый отрывок лишь подтверждает то, что Питер уже знал:

— «…нюанс Сирабракс, который отличает их от других заклинаний: сила Сирабракс даруется не носителю, а тому, кто его убьет. Эта сила больше, чем может выдержать любое существо — смертный, охотник, демон или кто-то иной — и она сводит их с ума. Один историк описывает случай, когда обладателем силы был король, воевавший с соседней страной. После того как его самый доверенный обращенный колдун сварил и наложил заклинание, король убил носителя, использовал силу, чтобы уничтожить армаду врага, а затем сжег всю свою команду, прежде чем утопиться в открытом море…»

Подавляя дрожь, я бегло просматриваю страницы.

— Стой, — говорит София, протягивая руку. — Вот оно.

И действительно, словно бабушкин рецепт черничных кексов на полях старой кулинарной книги, там написан список ингредиентов для приготовления Сирабракс. Единственного заклинания, которое могло бы помочь мне сбросить чешую охотницы и превратиться в прекрасную человеческую бабочку. Всё написано на лимантрианском, но в сносках есть перевод на английский.

Жидкость из лезвия третьего

Небесный цвет

Глаз призывающей ведьмы

Кровь Эона

София рядом со мной застыла как труп. Интересно, мы обе смотрим на эти последние два слова?