И, что бы вы думали? А вот ни-че-го.

А дальше все только больше.

Он словно бы специально меня игнорировал.

Тотально и по полной.

И я бы обрадовалась, вот честно, если бы в голове не прокручивался на репите тот разговор Зотовой и подружками.

Я бы расслабилась. А так – хочешь, не хочешь, а все равно в напряжении. Что это за тактика такая, что это за план из серии «вначале затишье, а потом кааак рванет».

Но пока что, пользуюсь этой передышкой.

А еще Кирилл пригласил меня сегодня в кино.

Всю неделю мы с ним списывались по вечерам и болтали о разном, ну а потом неожиданно это приглашение.

Я почувствовала волнение, приятное и теплое. Согласилась практически не раздумывая.

Вот только сегодня у меня факультатив по так нелюбимой мной физике.

После седьмого урока. Затянется.

А потому мне на встречу придется ехать сразу же после лицея.

По такому случаю я решила принарядиться. Встала пораньше, и, пользуясь тем, что мама уже уехала на работу, оставив мне завтрак, тщательно уложила волосы, подкрасилась.

Вместо обычных школьных брюк выбрала юбку до колен. Ну, и остальное по мелочи. Пару браслетов, колечки на пальцы.

Все это, конечно, не слишком вызывающе. Но показалось, что яркие детали придали мне взрослости и привлекательности.

Надеюсь, Кирилл все это оценит.

Ну, а Волков играет в молчанку очень удачно. Я уже даже сомневаюсь, что он действительно спорил на меня. До осеннего бала остается всего ничего, а он даже в столовой не смотрит в мою сторону.

Вот и славно.

— Лебедева, остановись на секунду, — окликает меня неожиданно наш библиотекарь Мария Яковлевна.

Я замираю.

Неужели начнет сейчас отчитывать меня за внешний вид? Если что, у нас половина девчонок так приходит в школу, еще и похлеще наряжаются.

— Серафима, ты не могла бы помочь мне в библиотеке? Завтра внеплановая проверка. Я одна не справляюсь.

— Конечно, Мария Яковлевна, — киваю, испытывая мгновенное облегчение. — Вот только у нас сейчас урок.

— Знаю, урок философии. По которому за самостоятельную у тебя уже стоит отлично. Я отпрошу тебя у Елены Константиновны. Хорошо?

— Да, конечно.

— И еще попрошу с физкультуры кого-то из мальчиков из параллели, нам в подмогу.

— Только не Волкова.

Слова вылетают из меня прежде, чем я успеваю над ними подумать.

Мария Яковлевна выгибает брови.

— Почему не Волков? Я как раз в первую очередь подумала об Артеме. Там придется книги перетаскивать, а он из всей параллели, насколько я знаю, самый натренированный.

— Да нет, ну, что вы, — тут же ей возражаю. — Я слышала, наоборот, Артем совершенно не выносит физических упражнений.

— Да? А с виду он кажется очень даже…

— Это только с виду, — перебиваю.

И пока я выдумываю аргументы, чтобы без зазрения совести очернить Волкова в глазах Марии Яковлевны, на ходу из-за угла как раз вывертывает этот натренированный.

Ненавистный невыносимый Волков.

Напрягаюсь вначале, но тут вспоминаю, у нас же игнор.

Расслабляюсь слегка. Не до конца, конечно, в присутствии Волкова это невыполнимая задача. Но хотя бы уже не так переживаю.

Думаю, что пройдет мимо с независимым видом, как проделывал это всю последнюю неделю. Мне необходимо лишь переждать пару минут. Делая вид, что тоже его не замечаю.

Только-то и всего.

Но в этот раз прием отчего-то не срабатывает.

Мазнув по мне взглядом, Волков, вместо того, чтобы привычно равнодушно отвернуться, вдруг зацепляется. Застывает вначале на моих волосах, затем на ресницах, а под конец переводит взгляд на мои колени.

И смотрит так, будто готов от ненависти испепелить.

Меня обжигает так, как никогда до этого. Как будто ступила в ванну с кипятком.

Нерешительно переступаю с ноги на ногу, чтобы сбросить это противное ощущение того, будто я сделала нечто непозволительное и вопиющее.

Как будто длина моей юбки значительно выше, чем на самом деле. А Волков не ученик, а строгий надсмотрщик. Поистине, настоящий тюремный надзиратель.

— О, Артем, — радостно восклицает Мария Яковлевна, совершенно не замечая этого его взгляда. — Очень кстати. Я только что попросила Серафиму помочь мне в библиотеке, но нам с ней одним, к сожалению, не справиться. Выбери пожалуйста, и отправь к нам в подмогу кого-то из ваших ребят.

Волков переводит взгляд на библиотекаря с таким видом, будто только сейчас вообще ее заметил.

А я мысленно скрещиваю пальцы, чтобы пронесло, и он догадался выбрать в помощники кого-то более безобидного.

— Что? — спрашивает.

И складывается ощущения, что он вот вообще не услышал обращенного к нему сообщения.

Какой отличный шанс как-то по-другому сформулировать вопрос. Например "Ой, Волков, о чем ты все думаешь? Где ты и дело витаешь? Иди уже, давай, куда шел".