И как это понимать?! Я не нашлась, что ему ответить. Так и сидела, глядя на него, как на психа. То есть вещь всегда должна быть под рукой или что? Может, это от моего неповиновения его так…

Скинув халат, он кивком указал на другую половину постели, и я, решив отложить вопросы на потом, переползла к противоположному краю. Он улёгся рядом, позади меня, и подвинулся ближе.

— Надеюсь, ты меня поняла? – негромко спросил он прежде, чем его рука опустилась на мою талию.

Я не ответила, только повела плечом и сделала слабую попытку отодвинуться от него. Прекрасно понимала – бесполезно, однако всё моё нутро требовало ответить неподчинением. Видеть этого я не могла, но мне показалось, что он хмыкнул. Хмыкнул и прижал так крепко, что я волей-неволей почувствовала его начавший твердеть член.

— Спокойной ночи, Милана. – Подушечки его пальцев обрисовали мой пупок через шёлк сорочки.

Я поджала губы. Ждала, что он скажет или сделает что-то ещё, но он только вдохнул возле моих волос. Через несколько минут дыхание его стало ровным и лёгким. Захотелось застонать в голос. От полнейшего непонимания, что он делает, чего хочет от меня, от плачевности собственного положения, от кавардака, творящегося у меня в голове и от странного ощущения спокойствия, что я испытывала, лёжа с этим деспотичным и жёстким мужчиной.

Не знаю, как долго проспала, но когда я в следующий раз открыла глаза, Вандора рядом уже не было. Надо же, видимо, уснула я так крепко, что не почувствовала, как он встал. Хотя… Он вообще отличался умением делать всё стремительно и бесшумно, с абсолютно животной грацией.

Окно было раскрыто, с улицы доносился щебет птиц. Залетевший в комнату ветерок принёс с собой запах свежескошенной травы и растущих возле дома роз. Тело наполняла ленивая нега, и я не сразу смогла заставить себя встать. Несколько минут лежала, наслаждаясь спокойствием. Перевернулась на спину и со стоном потянулась. Из холла донеслись приглушённые голоса. Дом уже жил своей собственной жизнью, не спрашивая моего на то позволения. Конечно, кто бы вообще когда-нибудь спрашивал на что-то моего позволения… Нет. Матвей спрашивал. Даже с сексом не торопил, хоть и выказывал недовольство. В последний раз мы даже поругались по этому поводу. Но что-то держало меня, останавливало. Теперь уже это не имеет значения.

Пролежав ещё несколько минут, я всё же заставила себя откинуть одеяло и спустить ноги с постели. За дверью снова послышались голоса – более громкие, чем прежде. Я прислушалась, но разобрать ничего не смогла. Дальше по коридору находилась лишь комната Стэллы: крохотная комнатушка с малюсенькой, зато отдельной ванной, раза в три меньше моей бывшей спальни. Вообще, помещения для прислуги находились на первом этаже в другом крыле замка, но Стэллу поселили отдельно. Возможно потому, что она, как и я, была дорогой игрушкой нашего общего хозяина, а возможно из-за того, что считалась моей личной горничной.

Мысли о Стэлле вызвали смутное беспокойство. Наскоро приведя себя в порядок, я вышла в коридор. Но стоило мне сделать несколько шагов к спальне Стэллы, дверь отворилась, и навстречу мне появился высокий мужчина с грубыми чертами лица. На вид ему было лет пятьдесят, может, немного меньше. Хорошо одетый, с сумкой, напоминающей саквояж, в руках, он лишь усилил моё беспокойство. Рядом с ним находилась одна из безликих горничных.

— Что случилось? – без предисловий осведомилась я, оказавшись рядом. Обращалась я сразу к обоим и надеялась, что хоть кто-то даст мне ответ.

— Господин Вандор попросил Юрия Викторовича осмотреть вашу горничную, — нехотя ответила женщина.

Забыв про неё, я перевела взгляд на стоявшего рядом с ней… врача? Судя по всему, это был именно врач.

— Со Стэллой что-то случилось? – вмиг осипшим голосом спросила я, вглядываясь в его лицо. Господи… Я ведь видела, что ей плохо! – Что с ней?

— Всё в порядке, — заверил меня мужчина. Ответил он, впрочем, без энтузиазма. Знал или догадывался, кто я такая. – Общая слабость.

— Я могу к ней зайти?

— Конечно, — ответил он и обратился к горничной: — Можете быть свободны. Где кабинет Вандора, я в курсе.

Значит, в доме этом он не в первый раз. Личный врач Вандора? Он попросил осмотреть Стэллу своего личного врача? Но думать об этом у меня сейчас не было желания. Чуть ли не бегом я дошла до комнаты Стэллы и влетела внутрь. Заметила стоящую возле постели капельницу и ощутила новый пинок от собственной совести.

— Детка… — прошептала я, аккуратно присев рядом с подругой. Накрыла её ладонь своей. Горло перехватило, глаза защипало.

— Привет, — губ Стэллы коснулась усмешка. Она сжала мою ладонь и поспешила заверить: — Со мной всё в порядке, просто слабость.

Я посмотрела на капельницу, на иглу, закреплённую на её тонкой руке, и вздохнула. Погладила её пальцы, тыльную сторону кисти. Кожа у неё стала грубой и шелушилась. Я как раз принесла ей крем – один из тех тюбиков, что Вандор купил мне, когда мы ездили в магазин. Открыла и, выдавив немного, втёрла вначале в одну руку, затем в другую.