— Простите, но… — Она продолжала наивно надеяться, что я не знаю всей сути. — Ваша служанка-фея сказала, что мы можем провести наше занятие здесь, поэтому я не понимаю.

Дрянь.

— Вон, я сказал!

В этот раз я не сдержался. Вместе с криком с моих губ сошла волна огня. Красные языки пламени, черная пелена сажи — все это устремилось прямиком к Мадлен, превратившись прямо перед ней в образ дракона, который стремился ее сожрать. Она зажмурилась. Вжалась в стену, лишь выставив руку перед собой. В эту секунду я ощутил тот страх, которым и хотел одарить каждую клеточку ее старого, дряхлого тела.

Она затряслась, словно сломанная ветка — мне этого вполне хватило. Я не собирался ее убивать или вообще хоть как-либо вредить этой дрянной женщине. Гнев охватил тело, и все же я не был бы собой, если бы не умел себя контролировать. Отправленные потоки огня охватили трость, что она держала в руках и которой посмела дотронуться до моей дочери. Дерево превратилось в прах за секунду, и пламя тут же исчезло.

Мадлен наконец до конца осознала, что я все знаю.

— Если вы сейчас же не уберетесь из моего дома, — проскрежетал я, источая сплошное пренебрежение, — я не остановлюсь на одной лишь трости.

Старуха открыла глаза и уняла дрожь в морщинистом теле. Она посмотрела на меня, и, видимо, к ней пришло осознание, что подобный мне титулованный человек не посмеет причинить ей физического вреда. Она выпрямилась, желая уйти, не теряя достоинства.

— Все равно ваша… — начала она выплевывать свой змеиный яд.

— Заткнитесь, — со стальной строгостью приказал я. — Я сделаю все возможное, чтобы ни одни уважающие себя люди не приняли вас в своем доме и не допустили до своих детей. Но если вы скажете хоть что-нибудь о моей дочери, а не уйдете прочь молча, я приложу все усилия, чтобы у вас даже темного угла в столице не осталось.

Осознав, что физическая боль — это не самое страшное, что может ее ждать, старуха замерла на секунду, а после, напряженно сжав подол длинного платья и приподняв его, начала спешно уходить. Проходя мимо меня в дверном проеме, она постаралась максимально вжаться в стену, чтобы оказаться как можно дальше. Ни на секунду я не сводил взгляда с этой падшей для меня женщины, все еще сдерживая в себе желание продемонстрировать воспитание силой, раз уж она посмела применить его к моей дочери. Но если бы я начал, то уже не остановился.

Она ушла. Я смог выдохнуть, и моя рука стала прежней.

— Папа… — послышался приглушенный голос непонимающей Эрики, которая успела уйти в противоположный от Мадлен угол кабинета.

Я молча длинными шагами подошел к дочери и посмотрел на это светлое дитя с печалью в глазах. Черт возьми. Я снова и снова делаю что-то не так, раз она продолжает терпеть в свою сторону подобное, скрывая все от меня. Даже сейчас Эрика потирала покрасневшие ладошки, опустив взгляд и не желая мне их показывать. И как назло, я просто не знал, что сказать.

Я опустился и молча поднял дочь на руки, столбиком прижав ее к груди, словно она снова стала младенцем. Впрочем, кого я обманываю? В то время меня даже не было рядом. Эрика растерялась, но, когда я выпрямился, вцепилась в мои плечи, чтобы держать равновесие. Тогда-то скрывать руки уже не получалось.

— Я... я не хотела рассказывать… потому что… — она заговорила тихо, взволнованно, словно еле сдерживала подступающие слезы.

— Неважно. — Все осуждение, которое я чувствовал, было направлено лишь на меня самого. — Просто знай на будущее: что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне.

Глава 13. Кольцо, изменившее (мой) мир

— Ну что там? — Я пряталась за стеной замка снаружи, наблюдая за тем, как Лиан и Винсент нагло подглядывают за происходящим в кабинете.

В момент, когда лапы дракона коснулись земли, заставив ту содрогнуться, мы втроем моментально побросали полупустые чашки с чаем в гостиной и вышли через черный ход. Кому хотелось попасться под руку разгневанному Каллену? Пусть лучше все его негативные эмоции выльются на того, кто этого заслуживает.

Мои крылья никак не хотели слаженно работать, поэтому я просто ждала внизу, смотря на моих горе-помощников. Я слышала, как с грохотом раскрылись двери, и даже вздрогнула при этом. Как бы Каллен в гневе не задел Эрику. Хотя… нет, он точно на такое не способен.

Скоро представление в кабинете подошло к концу, и отважные наблюдатели спустились «с небес на землю». Винсент спрыгнул с плеча Лиана, а мужчина убрал белоснежные крылья.

— Ну? — требовательно протянула я.

— Все хорошо. — На лице Лиана появилась теплая улыбка. — Виновница была наказана, а отец с дочерью теперь явно готовы к доверительной беседе.

— Одного не пойму: как Каллен обо всем узнал? — Винс с подозрением зыркнул на меня.

Я же пожала плечами, радуясь, что мой план сработал.

— Что теперь? Я не буду вас осуждать, если вы решите побыть сегодня с Эрикой после произошедшего.