В ту ночь Декабрина сидела на одном из городских пирсов, обнимая Флинта за плечи, и смотрела на реку с ее меняющимися красками, чувствуя тепло и умиротворение. В тот самый миг она подумала, что это, должно быть, самое чудесное и счастливое время, которое она когда-либо знала за все свои жизни.

Однако она ошибалась.

Чудесно, благословенно ошибалась.

Конец

Послесловие

Большинство историй, которые я пишу, рождаются из идей, зреющих во мне очень долгое время. Но это не одна из них.

Во время праздников в 2024 году у меня появилось свободное время, и мне захотелось написать что-то необычное перед тем, как запустить свой следующий крупный проект «Духокровники». Я попытался взяться за три разные задумки, которые вынашивал много лет, но ни одна из них не сработала. Я не получал от них удовольствия, во мне не было страсти. И потому я чувствовал разочарование. Я выделил себе немного времени на отдых от основных проектов, но ко мне ничего не приходило.

А затем, в одну из ночей, вспыхнула искра.

Одно из давних размышлений, которые меня занимали по жизни, заключалось в том, каково это — вернуться в прошлое, в свое собственное юное тело. И как изменился бы мой мир, если бы я мог подойти к проблемам с моей нынешней зрелостью и знаниями. Не думайте, будто это какое-то великое сожаление, скорее академическое, забавное предположение. Порой я сижу по ночам, размышляя о том, как бы все было и какие разные вещи я мог бы попробовать. Стал бы я объяснять все людям и доказывать, что обладаю знанием о будущем? Вспомнил бы я достаточно о тенденциях фондового рынка, чтобы выгодно инвестировать, и не было бы это аморально? Боялся бы я разрушить свою жизнь и сделать так, что дорогие мне события не наступят? Стал бы я искать Эмили, когда она была подростком, или подождал бы, пока мы оба вырастем, и постарался бы воспроизвести отношения как можно ближе к тому, как они происходили изначально, чтобы не рисковать и все не испортить?

Удивительно, что мне потребовалось столько времени, чтобы осознать: это готовый сюжет. Однажды ночью в конце 2024 года он появился из тех историй, что внезапно возникают в мыслях, а затем выходят оттуда, подобно Афине, уже полностью сформированными. На следующий день я написал первые две главы, и они почти не изменились по сравнению с теми, которые вы только что прочли. Вообще-то я начал с имени Декабрина, потому что всегда считал его красивым, потому что это месяц моего собственного рождения и потому что оно вызывало правильные ассоциации. Конец одной жизни, одного года и приход чего-то нового. Ради этого стоило пойти на риск, что возникнет вопрос, почему слово «Декабрина» вообще есть в Космере, ведь с самой первой строчки это имя — неотъемлемая часть ее характера.

Как-то раз в какой-то ветке на Reddit я наткнулся на картинку, которую начинающий художник выложил для критики: там была изображена темноволосая женщина с налетом меланхолии и отрешенным взглядом. Я использовал этот образ, хотя работа не была законченной или профессиональной, да и помнил я ее смутно. И все же художник уловил что-то в глазах той женщины. Держа в голове этот образ и собственные мечты, я написал остальную часть книги.

Главный вопрос для меня заключался в том, сохранять ли меланхоличное, сказочное ощущение первой главы на протяжении всей книги. Я знал, что это будет история Хойда, но он способен говорить самыми разными голосами. Я принял решение позволить ему перейти в его более привычный повествовательный стиль, за исключением редких отрывков, напоминающих первую главу, хотя и понимал, что читатели могут отнестись к этому неоднозначно. (Среди бета-читателей так оно и было.) Имея на руках готовую книгу, я чувствую, что это решение было правильным. Тон первой главы, хоть он и силен, было бы невозможно поддерживать постоянно: он достигается за счет того, что персонажи не называются по именам, а дистанция сохраняется для создания эффекта притчи. Мне же хотелось узнать Декабрину и ее окружение поближе. Кроме того, это позволило мне вернуть тот самый тон в полную силу в момент кульминации, когда Декабрина прожила свою полноценную вторую жизнь, а затем вернулась в третью.

Иногда книгу просто необходимо написать, и другого объяснения нет. Меня воспринимают, да и я сам порой считаю себя несколько механическим писателем из-за моих лекций и умения раскладывать сюжет по полочкам. Но в этом заключается далеко не вся правда о художественном процессе. Иногда ты пишешь просто потому, что это должно быть написано, и история приходит к тебе в лихорадке творческого озарения. Порой ты сам не можешь до конца поверить, что книга существует, когда ее заканчиваешь. Словно ты только что прожил целую жизнь в миниатюре, и кажется странным, что никто об этом еще не знает.

Эта история как раз из таких.

Брендон Сандерсон

Благодарности

Иллюстратор: Тран Нгуен, и внутренние иллюстрации, и оформление обложки.

Аудиокнига: Майкл Креймер.