— Я тоже, — добавляет Клэр. — С тех пор как Рори начала встречаться с тобой, она наконец снова стала собой. Приятно видеть её счастливой.

От такого комплимента я невольно расправляю плечи.

— Только обращайся с ней хорошо, ладно?

Это не вопрос.

Это угроза.

Эти две девушки без раздумий встанут за ту, что сейчас наверху.

Я и раньше понимал, насколько они близки, но теперь вижу это особенно ясно. Они как сёстры. На лицах одинаково свирепое выражение, и будь я человеком, уверен, мне стало бы не по себе.

— Обещаю постараться. Я вижу, насколько она особенная.

Мне вдруг не хочется им лгать.

Мы заканчиваем уборку. Клэр насыпает на короткий ворс ковра какой-то порошок, чтобы тот впитал остатки жидкости.

Запаха крови я больше не чувствую, так что, думаю, когда Рэд очнётся, ей будет безопасно спуститься.

Через несколько минут тень касается моей ноги, давая понять, что она уже приходит в себя.

Я быстро помогаю Клэр убрать чистящие средства и аптечку, а затем возвращаюсь наверх.

Рэд сидит за столом и смотрит на себя в зеркало.

Она бледная.

Услышав меня, резко разворачивается в кресле. В глазах паника.

Острый клык упирается в нижнюю губу, пока она нервно её покусывает.

Значит, она уже знает.

Я не был уверен, успела ли она почувствовать клыки до того, как я её отключил, и втянутся ли они обратно, прежде чем она очнётся.

— Всё будет хорошо, — мягко говорю я, опускаясь перед ней на колени и беря за руки.

По щеке скатывается одинокая слеза, и у меня едва не рвётся что-то внутри.

— Как? — спрашивает она.

— Пока не знаю. Но мы разберёмся.

Я крепче сжимаю её ладони.

— Бри в порядке?

Из-за непривычных клыков она произносит слова слишком отчётливо.

И, чёрт возьми, это очаровательно.

— Да, с ней всё хорошо. Порез неглубокий.

Рэд напрягается.

— У тебя остались пакеты с кровью?

Она бросает взгляд на ящик стола.

Я протягиваю руку и достаю единственный оставшийся пакет.

Придётся обойтись им.

— Пей, — говорю я.

Она берёт его неуверенными руками.

— Мне нужны ножницы, — бормочет она.

Я невольно усмехаюсь.

— Уже нет.

Рэд вздрагивает.

И вдруг до меня доходит: всё это время мы смотрели на ситуацию совершенно неправильно.

Мы боялись этого дня.

А теперь он настал, и самка передо мной до смерти напугана.

Да, клыки подвергают нас ещё большей опасности, и мне придётся придумать, как сообщить об этом Адисиусу.

Но они также означают, что теперь Рэд способна лучше защитить себя.

Она сама стала оружием.

К тому же клыки могут приносить немало удовольствия.

— Я не могу.

Она пытается вернуть мне пакет, но я его не беру.

Вместо этого обхватываю ладонью её лицо и провожу большим пальцем по нижней губе, освобождая её из-под зубов.

Кожа касается гладкой поверхности одного из клыков, и Рэд вздрагивает.

Её взгляд встречается с моим.

В изумрудных глазах — чистый ужас.

— Знаешь что? Я рад, что они появились. Теперь мы точно знаем, что обращение завершилось и тебе больше не угрожает застрять где-то между человеком и вампиром.

Она явно не убеждена.

— Мне нравятся твои клыки. Теперь ты настоящий вампир.

Я проглатываю уже готовое сорваться с языка я люблю тебя.

Я хочу сказать это. Потому что люблю её. Так сильно, что уже не представляю иного конца этой истории, кроме того, где она становится моей парой. Но пока молчу. Хочу сказать ей это, когда буду свободен. Когда смогу отдать ей себя целиком.

— Но теперь ты в ещё большей опасности, — шепчет она. — Что мы будем делать?

— То же, что и раньше. Жить одним днём. А я буду ещё упорнее искать выход. А теперь пей, — мягко настаиваю я.

Рэд подносит пакет ко рту. Она уже несколько раз видела, как это делаю я, поэтому позволяю ей самой повторить.

На то, чтобы разобраться с клыками, уходит пара секунд, но когда первая порция крови попадает на язык и из её горла вырывается довольный стон, я вижу, как напряжение немного отпускает.

Наклоняюсь, целую её в лоб и позволяю спокойно допить остальное.

Я жду, пока Рэд уснёт, и только потом незаметно выбираюсь из дома. Мне нужно вернуться на ранчо. Как бы я ни радовался тому, что обращение Рэд наконец завершилось, поднимаясь по подъездной дороге, чувствую себя так, будто иду на собственную казнь. Другого плана у меня нет. Придётся импровизировать.

Я знаю, что не могу лгать, а значит, Адисиус сейчас узнает: его эксперимент действительно увенчался успехом. Что бы он ни сказал, мне нужно как-то повернуть ситуацию так, чтобы выиграть для Рэд ещё немного времени. Нельзя допустить, чтобы она оказалась здесь. Нужно держать его подальше от неё, пока я не освобожусь. По крайней мере, укусила она меня, а не кого-то другого, поэтому я всё ещё могу зацепиться за формулировку его приказа и оставить её дома.