- Да, вроде как такое уже дважды было за всю историю мира. И в Бунвейнской академии вот в третий раз.

Я задумчиво посмотрела на «апельсиновую» модель мира.

- Так а из-за чего случаются порывы изнанки?

Анна Викторовна вздохнула.

- Из-за уникальных магов, Кира.

- Но мы-то тут причем? – оторопела я.

- Понимаешь, уникальные маги – это те, у кого в развитии стандартной магии что-то пошло неправильно. Это как заболевание.

- Отклонение от нормы, - пробормотала я, вспомнив, как мне это все рассказывала Аниль.

- Можно и так сказать, - графиня кивнула. – А изнанка мира ведь магического происхождения, и она очень чувствительна ко всем проявлениям магии здесь. И вот как раз таки уникальная ее и разрушает. Как болезнь. Каждое применение такой магии порождает крохотную прореху в изнанке. И когда таких прорех оказывается чересчур много, образуется уже порыв. Эту истинную причину удалось выяснить только после исследования «опустошенной» бунвейнской академии. А когда уж выяснилось… Королем как раз таки был уникальный маг. То ли он сам от престола отрекся, то ли его заставили, я не знаю. Мне в то время не до этого было. Но суть в том, что после выяснения неприглядной правды об уникальных магах, и начались их притеснения. Конечно, вы ведь не виноваты в таких свойствах своей магии, но и мир нужно беречь. И то хорошо, что вас еще уничтожать не начали. Просто потихоньку делают все, чтобы проявлений уникальной магии было как можно меньше.

Мда. Час от часу веселее… Но теперь хоть все прояснилось.

- Вот потому, Кирочка, я переживаю за тебя еще сильнее, - Анна Викторовна снова вздохнула. – Тебе просто некуда будет податься. Королевским указом сейчас строго оговорено, чтобы уникальных магов не принимали никуда. Теперь даже поломойку просто так на работу не примут, предварительно не проверив, какая у нее магия. Для тебя был бы единственный шанс стабильного будущего, если бы получилось университет закончить и диплом получить. Выпускникам присваивается звание высших магов, а таких, само собой, никто потом на уникальность не проверяет.

- Увы, закончить университет мне точно не светит, - мрачно пробормотала я. – Наш факультет вот-вот закроют.

- Не переживай, - Анна Викторовна ободряюще пожала мою ладонь, - мы все равно с тобой что-нибудь придумаем.

К вечеру вдруг разразилась жуткая гроза. И это как раз совпало с появлением Александра. А я ведь уже собиралась уезжать.

- Ой, деточка, как же ты в такое ненастье доберешься? – ахала графиня, наблюдая в окно за яростными вспышками молний.

- Я думаю, куда разумнее будет сегодня остаться здесь, - спокойно произнес Алекс. – В такую погоду лошади могут вести себя непредсказуемо. Мало ли, что на дороге произойдет. Не нужно лишний раз рисковать.

- И вправду! – тут же подхватила Анна Викторовна. – Кирочка, оставайся, а завтра уже спокойно поедешь. Я сейчас же распоряжусь, чтобы для тебя приготовили одну из гостевых комнат.

- Я все же как-то не знаю, - растерялась я. – Ребята волноваться будут.

- Думаю, вряд ли будут о вас переживать те, кого вы от силы неделю знаете, - довольно холодно возразил граф, не сводя с меня пристального взгляда.

Мне даже вдруг обида уколола.

- Возможно. Но вас я знаю еще меньше, - не удержавшись, парировала я.

Хорошо, хоть Анна Викторовна моих не слишком-то вежливых слов не слышала, уже вовсю давала распоряжения дворецкому. Александр тоже ничего не ответил, лишь в его взгляде просквозило что-то странное, и снова мне почудился серебристый отблеск.

- Все-все, Кирочка, решено! – радостная графиня взяла меня за руку. – Не волнуйся, к утру эта неожиданная гроза уж точно кончится, и наш экипаж тебя отвезет.

Возразить особо было нечего. Не пешком же мне возвращаться сейчас, да еще и в такую погоду. Вот только странно очень. Весь день ничего грозы не предвещало. Хотя, может, для этого мира подобные буйства стихии вполне нормальны.

Глава десятая. О шахматах, матримониальных планах и громоздком счастье

Чувствовала я себя крайне неуютно. Хотя, наверное, должна была радоваться возможности провести вечер и ночь в роскошных условиях. Но что-то все равно меня коробило в сложившейся ситуации. Складывалось странное ощущение чужого четкого расчета, но пока толком разобраться в этом я не могла. Ну и, конечно же, старалась не показать вида.

Остаток вечера прошел вполне мило. Мы с Анной Викторовной увлеченно беседовали о всяких мелочах вроде здешней моды и кулинарии. Потом я немного поиграла на фортепьяно, и снова попили чай. Александра же с нами весь вечер не было. Правда, я так и не поняла, радует меня это или огорчает.

- Саша постоянно в делах, - пояснила Анна Викторовна. – И сейчас, небось, так же в кабинете засел. Вот тоже, двадцать семь лет, а ни семьи, ни даже планов на это. Говорит, некогда. Это уже два года как отец ему все дела здесь передал.

- Так, получается, Александр один здесь живет? – уточнила я.