Глаза доктора Палмер широко раскрылись от удивления, и ее лицо впервые за весь сеанс смягчилось.

— Вау, Аран, на самом деле это очень впечатляет. Я горжусь тем, что ты смогла справиться со сво…

Она осеклась, потому что Аран вытащила трубку и смачно затянулась.

— Шучу. Я и десяти минут без нее прожить не могу.

У доктора Палмер задергался глаз.

***

Пару минут спустя мы уже возвращались в особняк.

— Не понимаю, с фига ли она нас выгнала. Жутко хамоватая баба, — возмущенно пробормотала Аран, когда мы вошли в фойе.

Я вскинула руки в знак согласия:

— Я все понимаю: мы не идеальны, но обязательно было вести себя как сука? Чего она от меня хочет? Чтобы я рыдала целыми днями из-за того, что у меня охеренные шрамы и крутой нож? Извините, что я не унылое говно.

Аран яростно закивала.

— Именно! Типа, ну да, я не идеал. Иногда я душу кого-то во сне. С кем не бывает.

— И меня больше всего бесит, что она так агрится на твою зачарованную дурь. При этом сама хлещет кофе литрами. Где логика вообще?

Вдруг на верху парадной лестницы появилась Джинкс.

— Вы вернулись. Хотите, я помогу снять пальто? — мягко улыбнувшись, спросила Джинкс и низко опустила голову.

На секунду мы замерли, уставившись на девчонку.

— Люсинда, молодая леди! — заорала я на весь дом. — Хватит заражать Джинкс своей кровью и заставлять ее прислуживать!

— Она сама захотела! Не будь занудой! — донесся откуда-то сверху голос Люсинды.

И тем не менее тело Джинкс тут же расслабилось. Чары ментального внушения спали.

Она зыркнула на нас исподлобья.

— Я пытаюсь научиться противостоять ее приказу. Вы вечно все портите.

С этими словами девчонка крутанулась на каблуках и маршем удалилась.

— Где Джинкс? Мы собирались потренироваться сопротивляться гипнозу Люсинды, — бросил Кобра, выходя из коридора.

— Это неуместно. — я строго посмотрела на него.

— Аран, Сэди, гляньте! — завопили Джесс и Джала, вылетая из-за угла с ножами в руках.

— Ашер и Ксеркс учились с нами ближнему бою, и мы теперь умеем делать перекат и втыкать кому-нибудь нож прямо в почку!

— Вы разве не должны быть в школе? — ошарашено спросила я.

— Да не, Джакс сказал, что мы можем прогулять ради самообороны. Говорит, нам нужны частные уроки, если мы собираемся и дальше жить в этом мире.

Джала ухмыльнулась.

Из-за угла появился Джакс со стопкой бумаг, которые мы были обязаны заполнять после каждого задания мафии. Из другой двери показались Ксеркс и Ашер, волочившие за собой избитого и окровавленного Уоррена.

— Они заставляют нас тренироваться на Уоррене, — радостно ухмыльнулась Джесс, глядя на окровавленного парня.

Уоррен улыбнулся в ответ, после чего Ксеркс со всего маху впечатал рукоять ножа ему в живот, заставив того согнуться пополам.

— Мы помогаем им тренироваться, — пояснил Ашер, но все мы прекрасно знали, что они просто издеваются над этим извращенцем-хорьком.

Дон потребовал, чтобы Уоррен остался при семье и сопровождал девчонок в школу в зверином обличье. Теперь, когда Кобру раскрыли как наследного принца города, за их головы стали давать еще больше наград.

— Чего это вы так рано вернулись с сеанса? — удивился Джакс. — Я думал, у вас еще час.

Я отмахнулась от него.

— Она нас отпустила пораньше.

Аран кивнула.

— Мы думаем, что доктор Палмер просто испугалась нашего авторитета. Что вполне логично.

Джакс посмотрел на нас с недоверием.

— Чего-то я сомневаюсь.

— Короче, я пойду вздремну, — зевнула Аран и поплелась наверх.

Я последовала за ней и небрежно бросила парням:

— Думаю, я просто поваляюсь в гнезде. Приходите, как закончите тренировку.

Внезапно в комнате повисла такая звенящая тишина, что парни все поняли без слов.

Спустя пару часов я лежала на мягкой кровати поверх Ксеркса, пока Кобра брал меня сзади, Джакс трахал рот, а Ашер наблюдал из угла, дроча на ходу и выкрикивая указания.

Вокруг нас кружился мягкий снег, а в камине весело потрескивал огонь.

Когда мы все насытились, то свалились в кучу под пушистыми одеяниями, впитывая смешавшиеся ароматы корицы, мороза, каштанов, хвои и клюквы, наполнявшие наше гнездо.

Альфы утробно урчали от удовольствия, а Ксеркс обратился в котенка, чтобы улечься прямо поверх нас и тоже мурчать. Золотая нить отзывалась любовью на каждый вздох, пока мы прижимались друг к другу, и я поражалась тому, какая же я на самом деле везучая.

Золотой нимб по-прежнему висел у меня на запястье. На днях в его центре проявился мираж Дика, сообщивший, что он свяжется со мной через пару недель.

Я ни с кем не обсуждала это, а если кто-то заводил разговор, просто отшучивалась. Лишь Люсинда узнала в том мужике отполированную крылатую версию Дика.

Но допытываться она не стала.

Я пообещала всем, что все объясню, когда придет время, и они отнеслись к моему решению с уважением.