Ксеркс обнажил верхнюю губу, его лицо исказилось от эмоций, которых я раньше не видела:

— Потому что, если я и буду в этом ебаном мире, то не в качестве ебаной вещи. Никогда больше.

Тишина в комнате стала оглушительной. Мое сердце сжалось за Ксеркса.

На другом конце комнаты альфа-мудак прорычал:

— Омега пытается пройти инициацию. Какая же, сука, шутка.

Прежде чем кто-либо успел ответить, дверь распахнулась, и в комнату вошел гигант. Он соперничал с Джаксом в размерах. Но в отличие от красивого и подтянутого Джакса, этот человек был лысым, а половина его лица была изуродована, словно ее многократно разбивали. Его тело было огромным, с бугристыми мышцами. На лбу была вытатуирована надпись «LOYALTY».

Такая же, как на шее у Дона.

Голос гиганта был глубоким и скрежещущим:

— Меня зовут Спайк. Я задам вам вопрос. Кто первый ответит — сможет уйти.

Может, все не так уж плохо?

Спайк поднял руку, демонстрируя в жутком мерцающем свете колоссальную иглу со шприцем.

Забудьте.

Это был буквально худший сценарий.

И вообще, кто называет себя «Спайком4» всерьез?

Это очень плохой знак.

ГЛАВА 4: СЭДИ

ГЛАВА 4: СЭДИ

ИГЛЫ В АДУ

— Только посмей коснуться Джакса или Сэди этой иглой. Они не проходят инициацию. Я запрещаю! — прошипел-прокричал Кобра, обращаясь к Спайку.

Я опешила от такой наглости Кобры.

За кого он меня принимал, за какую-то размазню?

— Ты не можешь мне ничего запретить. Коли меня, Спайк! — властно выкрикнула я.

Джакс закатил глаза, а Ксеркс тяжело вздохнул. К сожалению, Спайк ничего не сделал. Он стоял неподвижно, как статуя, наблюдая, как мы семеро болтаемся из стороны в сторону. Наши мышцы напрягались, а пот стекал по лицам.

Спайк щелкнул по гигантской игле в своих руках. Мгновенно я пожалела о сказанном.

С точки зрения здравого смысла, как женщина с чувством собственного достоинства, я не должна была позволять Кобре мешать мне получать новый опыт. Однако было ли получение удара огромной ебаной иглой тем самым опытом, которого я так жаждала?

Категорически нет.

К несчастью, женская гордость требует жертв. Иногда просто приходится делать всякое дерьмо, чтобы доказать свою точку зрения. Не я устанавливала эти правила.

Кстати о правилах: мои руки горели огнем, и я не хотела показаться грубой, но пока что Спайк только пытал нас молчанием. Можно было подумать, что мафиозный палач по имени Спайк будет внушать хоть какой-то страх. Пот заливал мне лоб, и, несмотря на ужасную боль в руках, в этой тишине меня стало клонить в сон.

Внезапно Спайк произнес глубоким голосом:

— Это первое испытание, чтобы стать альфой мафии. Правителем Серпентеса.

— Охуительно, — саркастично пробормотала я себе под нос.

Кобра уставился на меня и Джакса так, словно пытался убить нас обоих взглядом. Я усмехнулась. Боль в лопатках сводила меня с ума.

Спайк ухмыльнулся, сплюнул на землю и вытащил из кармана толстую сигару. Он балансировал ужасающей иглой между пальцев, наклонился и прикурил ее от светящейся зажигалки. Он вздохнул и выпустил густое облако дыма прямо мне в лицо.

Я ненавидела запах табака. Это напоминало мне о бета-запахе Дика. Задыхаясь, я начала давиться и хватать ртом воздух, словно тонула:

— Фу-у, мерзость.

Спайк не ответил, лишь медленно зашагал взад-вперед перед нами, как будто никуда не спешил. Пуская дым нам в лица и ухмыляясь. Мои руки тряслись от напряжения, вызванного висением на запястьях. Может, в этом и заключалась пытка: они просто собирались оставить нас подвешенными на несколько дней?

— Как выглядит Дон? — Спайк перестал расхаживать. — Просто ответьте, и сможете уйти.

Тишина в комнате стала оглушительной. Мы все пришли к одному и тому же выводу, потому что никто не проронил ни слова. У этого альфы в буквальном смысле было татуировано «LOYALTY» на лбу.

За кого он нас держал, за полных дебилов?

Спайк безразлично пожал плечами и продолжил мерить комнату шагами:

— Просто опишите внешность Дона. И вас снимут с веревок.

Он пытался казаться расслабленным. Но безумный взгляд его темных глаз был в точности таким же, как у королевы фейри, прежде чем она подожгла меня.

— Не отвечайте, — прошептала я своим мужчинам.

На всякий случай, если они вдруг полные идиоты, что, судя по их поведению, было вполне вероятно.

Джакс кивнул мне, и множество золотых цепочек, свисавших с его кос, тихо звякнули.

— Еще бы, — прорычал Кобра одновременно с Ашером, который рявкнул: — Переживай за себя, принцесса.

Тот самый раздражающий альфа из угла выкрикнул:

— Ебать-колотить. Вы, придурки, хоть когда-нибудь заткнетесь?