Картинка снова переключилась на студию, где Леона Риос, едва заметно приподняв бровь, аккуратно переложила листы на столе:

— Напомним, что это не первый случай, когда имя Валентина Коваленко всплывает в связи с сомнительными расследованиями. В последние годы ряд правозащитных организаций неоднократно указывал на причастность некоторых его предприятий к незаконным действиям, нарушающим права сообщества шифтеров — обвинения, которые бизнесмен неизменно отвергал в самой категоричной форме. На данный момент официальной связи между этими прецедентами и гибелью Ивана Демидова не установлено. Тем не менее мы хотим напомнить нашим зрителям: в сферах, где переплетаются власть, страх и молчание, реальность редко бывает столь однозначной, какой кажется на первый взгляд. Мы продолжим следить за развитием событий.

Джунипер щёлкнула пультом, выключая телевизор, и в комнате повисла тяжёлая, гнетущая тишина. Думаю, мы все думали об одном и том же: труп Демидова нашли у него дома… в точности как когда-то нашли Канон Минагаву.

Фэй несколько секунд молча смотрела на погасший экран.

— Я же говорила вам, — проронила она наконец совершенно бесцветным голосом. — Он любит меня… по-своему.

Фабиан нервно взъерошил свои розовые волосы:

— Ты уверена, что это дело рук твоего отца?

— Иван годами творил всё, что вздумается, прикрываясь связями отца. И теперь его вдруг истыкали ножами за «незаконную деятельность»? — Фэй саркастично хмыкнула: — Таким способом отец даёт мне понять, что защищает меня.

Все промолчали. Я стиснул кулаки, изо всех сил удерживая себя в руках, чтобы не выплеснуть всё, что я думал по этому поводу. Фэй и без того всё понимала, ей не требовалось слышать это от меня. Она лучше кого бы то ни было сознавала отцовские манипуляции и то, насколько чудовищно искажено его восприятие реальности.

Никто не решался нарушить молчание. Пока Фэй не повернулась ко мне, тихо вздохнула и слабо улыбнулась:

— Прости, у тебя не выйдет выпотрошить Ивана и принести мне его кишки на блюдечке.

Напряжение мгновенно лопнуло. Майка закатил глаза — без сомнения, в очередной раз подумав про себя, какая же Фэй странная.

— Я обещал тебе совсем не это.

— Я почти уверена, что там упоминались его кишки или, как минимум, требуха.

Я шагнул вперёд и прижал её к себе, укрывая в кольце рук. Она уткнулась подбородком мне в грудину, снизу вверх заглядывая мне в глаза.

— Мне жаль разрушать твои ожидания, но мы, ягуары и пумы, убиваем предельно чисто. Мы прокусываем череп, чтобы смерть наступала мгновенно, — я легонько постучал пальцами по её макушке, — и сразу выедаем самые питательные части. — Моя ладонь скользнула ниже, бережно коснувшись кожи прямо над её сердцем: — Мы не тигры и не львы, мы не любим драмы, не размахиваем когтями направо и налево и не заливаем всё вокруг реками крови. Мы действуем бесшумно, терпеливо и хирургически точно. Если только дело не переходит в плоскость личной мести.

И, как происходило всякий раз, когда я приоткрывал перед ней самые беспощадные грани нашей звериной натуры, Фэй доверчиво расслабилась в моих объятиях:

— Какой хвастун.

Джунипер негромко кашлянула:

— Должна признать, такого поворота событий я не ожидала.