Мы целовались прямо там, точно подростки, прекрасно сознавая, что из-за угла в любую секунду может вынырнуть кто-то из стаи. Я мог бы выпустить больше феромонов, если бы сосредоточился, но с тех пор, как узы связи сомкнулись, первобытный инстинкт утихомирился. Моё дикое подсознание больше не терзалось страхом, что другие самцы попытаются её отнять. А та часть ягуара, которая любила покрасоваться, втайне упивалась мыслью, что нас кто-нибудь застукает и своими глазами увидит, с какой неистовой силой она меня желает. До какого исступлённого голода и жажды я способен её довести.

Разумная часть меня, впрочем, прекрасно понимала, что этому не бывать. Помимо феромонов или петрикора, густой дух секса и похоти на пушечный выстрел отпугнул бы любого кошачьего, у которого есть хоть капля мозгов в голове.

Но сама мысль…

У меня непроизвольно удлинились резцы, и Фэй тут же это заметила. Она осторожно провела языком по одному из них и лукаво улыбнулась:

— Опять допотопные мыслишки?

— Ты даже не представляешь насколько.

— Ну, думаю, общую картину я уловила. Тебя дико заводит мысль, что я здесь, в твоей полной власти, что любой может застать нас и учуять моё возбуждение, а ты будешь самодовольно облизываться, словно кот со сметаной, ведь от тебя я теряю голову… Докажешь всем, какой ты потрясающий самец и как виртуозно умеешь доставлять мне удовольствие. — Я замер как вкопанный: — Я ведь угадала, да?

Я глухо зарычал и впился в неё поцелуем. Прикусывал её губы и ласкал языком куда грубее и требовательнее, чем обычно, а добравшись до шеи, жадно припал к коже. Её смешок захлебнулся в звонком стоне, который, верно, разнёсся по всему дому. Мои руки оглаживали и сминали её грудь, тонкую талию, бёдра, и к тому моменту, когда ладонь опустилась к её лону, моя пара уже не переставая извивалась и невнятно бормотала что-то себе под нос.

— Ты можешь просто попросить меня.

— О чём?

— Чтобы я вылизал тебя прямо здесь, в коридоре.

— Реми…

— Попроси меня, цветочек. В мире нет ничего, чего бы мне хотелось сильнее.

Она заколебалась, но вовсе не оттого, что не знала, как отказать. И я прекрасно это видел.

Я опустился перед ней на колени, не обращая внимания на каменную эрекцию, давившую на ткань штанов. Потянул за края её трико — и тонкая ткань разошлась с сухим треском. Я не собирался рвать её наряд, но когти… Впрочем, судя по вспыхнувшим щекам Фэй, её это нисколько не огорчило.

Я закинул одну из её ног себе на плечо, раскрывая её тело.

— Ты ведь слышала когда-нибудь, как сильно кошки любят умываться языком?

Она откинула голову назад, прижимаясь затылком к деревянной обшивке стены:

— Ну вот, началось.

Я самодовольно ухмыльнулся. Похоже, Фэй одновременно обожала и ненавидела то, что я не затыкался во время секса.

Сдвинув в сторону её трусики, я глубоко вдохнул, позволяя упоительному аромату моей возбуждённой самки разойтись по каждой клетке тела. Она была настолько соблазнительной и лакомой, что у меня буквально потекли слюнки. Я прикусил нижнюю губу, когда её бёдра едва заметно качнулись мне навстречу.

— Не… не разглядывай так.

— Почему?

— Я думала, что… — Она бросила короткий взгляд вдоль коридора — пока ещё совершенно пустого.

— А, ты решила, будто мы сделаем всё по-быстрому и кое-как только потому, что стоим на виду, да? — Я щёлкнул языком, и, поскольку моё лицо находилось возле самого её средоточия, она ощутила эту вибрацию и издала сдавленный всхлип: — Назови хоть один раз, когда я не брал от тебя всё без спешки.

Спустя пару секунд она вскинула на меня вызывающий взгляд:

— В тот день в душе ты наяривал мне так, будто от этого зависела твоя жизнь.

Я усмехнулся и склонил голову набок, признавая её правоту. Тогда я был настолько одержим идеей услужить ей и наказать самого себя, что сосредоточился лишь на том, чтобы как можно скорее довести её до разрядки и сбить с толку.

— Значит, вот чего ты хочешь? Быстрой грязной случки?

Она промолчала. Лишь замерла с приоткрытыми губами, не отрывая от меня взгляда…

Стало быть, да: моя самка жаждала грязи и скорости.

Я хищно облизнулся:

— Чудно.

Я успел заметить, как расширились её зрачки, прежде чем притянул её ближе, намереваясь уткнуться лицом между её бёдер, и…

Кто-то с заносом вылетел из-за угла.

Фэй пронзительно взвизгнула и с такой силой огрела меня ладонью по затылку, что я в полном ошеломлении распластался на полу, пока она, судорожно прикрывая пах руками, отскакивала в сторону на цыпочках.

Майка застыл на месте с разинутым ртом, словно отказываясь верить увиденному. Или, точнее сказать: тому, что он едва не увидел. Твою же налево, я даже поцеловать её толком не успел.