— Знаешь ли, некоторые считают, что я — завидная партия, — проворчала я после того, как прошла пятиминутная отметка, в течение которой Молли жадно глотала воздух.

Мои слова заставили ее согнуться пополам от новой волны смеха.

Я задумалась и поняла, что вообще не могу припомнить, говорил ли мне хоть кто-нибудь, что я красивая. Кобра всегда утверждал, что хочет обладать мной. Ашер называл меня «принцессой» (слегка странно, я всегда предполагала у него какой-то фетиш на королевских особ). Джакс звал меня «маленькая альфа», а Ксеркс именовал просто альфой.

Внезапно мне показалось невероятно важным, что мне никто и никогда не говорил, будто я красивая.

Неужели я уродина? Может, поэтому мужчинам было так легко перестать бороться за меня?

Я была для них лишь единственной альфа-женщиной. А теперь, когда я перестала быть уникальной, им стало плевать.

И вообще, с чего это я веду себя как тщеславная, капризная сучка, когда нахожусь в самом разгаре мафиозной тренировки?

Я не удержалась и бросила взгляд на соседний ринг, где отжималась Кларисса. Она сияла, словно богиня. Тем временем мои руки продолжала скользить, потому что я лежала в луже вонючего пота. Каждый раз, когда я пыталась себя обнюхать, меня тошнило от зловония.

Я забыла дезодорант.

В отличие от меня, Кларисса, должно быть, пахла цветами и лимоном. Высокая, мускулистая, с волосами к волоску, она выглядела идеальным дополнением к массивным атлетическим фигурам мужчин.

Наконец Молли перестала переживать сердечный приступ от смеха при мысли о том, что находит меня привлекательной, и произнесла:

— Знаешь, я в курсе, что ты просто лежала и отдыхала, а не отжималась.

Черт возьми. Я надеялась, она не заметила.

Ее лицо приняло серьезное выражение, внушающее вдохновляющий ужас: — Знаешь, если поработаешь со мной, я обещаю сделать тебя такой же сильной, если не сильнее, чем та девица, на которую ты так злобно пялишься.

Может кто-нибудь ей уже скажет, что я полуфейри и вряд ли сильно изменюсь?

Конечно, нет.

Я мысленно отвесила себе пощечину.

Я веду себя как самоуничижающаяся мелкая сучка.

Если кто-то и способен помочь мне раскрыть лучший потенциал, так это абсолютная богиня по имени Молли.

— Договорились. — я протянула руку и пожала ее ладонь.

Молли усмехнулась и напрягла бицепсы:

— Теперь будешь делать в точности то, что я скажу.

Я заговорщически ухмыльнулась в ответ.

К сожалению и разочарованию, тем самым «ровно тем, что она сказала сделать», оказались еще триста отжиманий. Под бдительным взором моего кумира я дергалась, как будто завтрашнего дня не существует, чуть не напрудив в штаны от истощения, пока не дошла до трехсотого повторения и не отключилась. Боль пронзила каждую мышцу моего тела. Свет померк в глазах, и я провалилась в загробный мир бога солнца.

— Кто выключил свет? — кто-то заорал, и тусклое освещение зажглось снова.

Я закрыла глаза, огорченная тем, что смерть была так близко и при этом все еще так далеко.

— А-а-а! — я дернулась и закричала, когда кто-то вонзил мне в руку иглу, пытаясь оторвать конечность.

— Расслабься, — бросила Молли, заканчивая вводить шприц со светящейся синей жидкостью мне в вену. — Это зачарованный стимулятор роста мышц. Он работает в тандеме с твоим телом, помогая мышцам восстанавливаться и становиться сильнее.

Она снова усмехнулась:

— Ты же не думала, что сможешь стать сильнее без посторонней помощи?

— Где ты это достала?

Что за фигня в этом мире колоть перевертышам инъекции против их воли?

Молли улыбнулась, вытаскивая еще один шприц из своей сумки возле ринга, и вонзила его себе в руку:

— Как по-твоему, я стала такой сильной?

Я сузила глаза:

— У него есть побочные эффекты?

— Кому какая разница? Ты бессмертная альфа, — беззаботно ответила Молли.

С таким подходом я вполне понимала, почему у этого мира проблемы с курением.

И все же я не могла обвинить ее в отсутствии логики.

— Можно мне еще? — спросила я.

Она пожала плечами, схватила еще один шприц и воткнула его мне в другую руку. Так началась моя экстремальная трансформация тела из тощего доходяги в абсолютный танк на зависть любой женщине.

Спустя несколько часов дневные пытки наконец подошли к концу.

— Кажется, мои бицепсы стали больше», — заявила я Джаксу, напрягая обе руки перед одним из больших зеркал, устилавших стены бойцовского клуба.

Мы закончили тренировку, иначе говоря — выполнение не богоугодного количества отжиманий, прыжков и планки. Затем Молли отправила меня на растяжку с остальными новичкам для остывания.

Зет сидел перед нами, «надзирая» за процессом с пистолетом в руке.

Неужели они думали, что другие альфы прикончат нас, если оставить их без присмотра?

Тревожный звоночек.