Дышу прерывисто, сердце колотится так, будто вот-вот вырвется из груди. Паника, страх, ужас — всё это захлёстывает меня волной, заставляя тело дрожать. И вот в эту самую секунду я понимаю, что у меня появился шанс сбежать. Просто развернуться и убежать отсюда как можно дальше, забыть, что это всё произошло, забыть про Рамиля и про весь этот кошмар.

Делаю шаг в сторону, напряжённо оглядываясь, уже готовая сорваться с места. Ноги почти сами делают шаг, но внезапно я замираю. Медленно поворачиваюсь, словно сама не веря тому, что делаю и смотрю на него. На его лицо, искажённое злостью, на его руку, с которой на землю капает кровь.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Сердце мучительно сжимается. Я не могу вот так уйти. Не могу бросить его здесь раненного. Потому что это из-за меня произошло. Даже несмотря на всё то дерьмо, что между нами было и осталось. Даже несмотря на все страхи, которые сейчас сжимают горло.

Почему я всегда такая дура? Почему не могу просто сбежать, когда появляется шанс?

13. Глава 10. 

Сердце барабанит где-то в пятках, руки предательски дрожат, а перед глазами всё слегка плывёт. Вокруг доносятся болезненные стоны и нецензурные ругательства, но, судя по всему, ни один из этих ублюдков уже не может даже подняться с асфальта.

Рамиль стоит, тяжело дыша, лицо его искажено гримасой ярости. Он резко кривится, стискивает зубы и крепко сжимает раненую руку выше локтя, пытаясь остановить кровь. По его пальцам медленно стекают тёмно-красные капли, собираясь в тонкую струйку и капая на асфальт.

А я… Господи, я полнейшая идиотка. По-другому не назвать. Вместо того чтобы бежать, я подлетаю к нему на ватных, подкашивающихся ногах, совершенно забыв про страх.

Страх теперь другой. Уже не за себя, а за него. Что он сейчас свалится без сознания, и кто-то из этих подонков сможет снова подползти к нему с ножом или с чем похуже.

— Нужно срочно перевязать, иначе ты потеряешь много крови, — мой голос дрожит, звучит срывающе, хрипло.

Рамиль резко поворачивается ко мне, в его чёрных глазах на секунду вспыхивает явное удивление. Но он ничего не говорит. И правильно. Потому что я сама с себя сейчас в полном шоке. Мне просто необходимо что-то сделать, хоть как-то помочь. Иначе я потом не смогу жить спокойно.

Не дожидаясь от него ни единого слова, нервно, почти судорожно открываю сумку и достаю из неё брелок с ключами. У этого брелока есть скрытая функция — маленькое лезвие, предназначенное для вскрытия упаковок и посылок. Никогда бы не подумала, что оно так сильно пригодится именно сейчас.

Резко, не задумываясь ни на секунду, подхватываю подол рубашки Рамиля, делаю быстрые надрезы и с силой отрываю лоскут ткани. Пальцы случайно касаются его горячей оголённой кожи живота, и меня моментально пронзает мощнейший разряд тока. Дыхание сбивается. От одного лишь мимолётного прикосновения тело покрывается мурашками.

— Ты явно к чему-то готовилась, — голос Рамиля хриплый, напряжённый, но с явными нотками иронии, — уверен, если покопаться в твоей сумке, там даже пистолет найдётся.

— К встрече с тобой готовилась, — огрызаюсь на автомате, но голос всё ещё дрожит от волнения.

Аккуратно и быстро накладываю импровизированную повязку ему на руку, туго затягивая ткань чуть выше глубокой раны. Кровь всё ещё сочится, пачкая мои пальцы. Его кожа горит под моими руками, и мне кажется, что я ощущаю каждое сокращение его мышц, каждое его дыхание.

— Тебе нужно к врачу, — тихо произношу, поднимая на него глаза. — Рана глубокая, её должны обработать.

Рамиль смотрит на меня в упор, глаза его потемнели ещё сильнее, взгляд буквально прожигает насквозь. Он молчит, а его молчание начинает давить.

— Спасибо, доктор, без тебя бы не догадался, — сарказм в его голосе нестерпимо знаком.

Я тяжело выдыхаю и отступаю на шаг, пытаясь хоть немного успокоить бешено колотящееся сердце.

— Я серьёзно. Нужно срочно промыть и наложить нормальные швы, иначе начнётся заражение, — произношу уже более спокойно.

— Брат, ты как?! — раздаётся встревоженный голос, и в следующую секунду к нам подлетает тот самый парень, с которого всё это безумие началось. Вид у него ужасный: лицо разбито, одежда порвана и испачкана кровью, сам он заметно прихрамывает. Подойдя ближе, парень спотыкается и инстинктивно хватается за Рамиля, опираясь именно на ту самую руку, которую я только что старательно перевязала.

— Блядь, Ямин! — Рамиль яростно рявкает, скалясь от боли и досады.

Я чувствую, что сейчас окончательно сойду с ума от всего происходящего. Эти двое явно нуждаются в срочной медицинской помощи, иначе точно угробят друг друга окончательно.

— Вам срочно нужно к врачу! — выпаливаю я строгим, почти командным голосом. Тон, отточенный многими часами воспитания девочек. По крайней мере, мои дочки этот голос воспринимают как сигнал опасности.

В ответ две пары глаз моментально устремляются на меня. Рамиль смотрит с холодным прищуром, явно оценивая мою смелость. Второй же парень — Ямин — нагло ухмыляется, глядя с откровенной насмешкой.

— А это кто у нас тут такой грозный? Красотка, ты откуда вообще? Чья будешь? Свободна сегодня вечером?

— Завали, иначе я тебе сам ноги ампутирую, — резко обрывает его Рамиль.