Поначалу, когда за решёткой гнил, только и думал, как снова увижу её глаза. Что в них увижу. Она ведь даже не свидание не пришла. Хотя все организовали. Я уже по факту узнал где она и с кем.

Потом попустило немного. За два года слишком много времени было для размышлений. Достаточно, чтобы понять, что самое страшное наказание для неё — это жить и знать, что я рядом.

Но сейчас… сейчас рядом с ней снова накрывает с головой. Ярость. Бешенство.

Ненавижу её. А изнутри всё равно ломает. Запах этот, до пиздеца знакомый, въедается в кожу, в мозги, в самую грёбаную душу.

Она изменилась. Повзрослела внешне. Очертания лица стали острее, фигура женственней. Но глаза… этот испуганный взгляд… В нём я вижу ту самую девчонку, которая мою душу из меня вырвала и в фарш перемолола.

— Ты ведь дурой никогда не была, — цежу сквозь зубы, сверля её взглядом так, будто собираюсь испепелить на месте. — Должна понимать, что за каждое действие идёт ответ. Или твоя мамаша тебе этого не объяснила, когда вы съёбывали?

Я хочу получить ответы. Пиздец как хочу. Потому что до последнего не верил во всё это дерьмо. Даже Демьян не знает всей картины. Своих парней я просил пробить информацию, и с каждым новым фактом, что они находили, мой ахуй рос пропорционально ярости.

Пока я ждал суда за того ментовского ублюдка, она слиняла вместе с матерью в другой город. Под крылышко прокурора.

Девчонка резко вздрагивает, глаза широко распахиваются, когда я упоминаю про её мамашу. И мне похуй, что та в больнице лежит. Положа руку на сердце — глубоко насрать. Я слишком хорошо знаю, что мамаша её руку приложила к этому пиздецу. Просто прилетел бумеранг. И если Богдана ждёт от меня сочувствия, то зря.

— Прекрати! Рамиль, я тебя прошу… — в её голосе слышится дрожь, мольба. От этого внутри всё ещё больше заводится.

Её телефон начинает надрывно звонить, она судорожно пытается его достать из сумки, чуть не роняет на землю от нервов. Глаза её наполняются паникой, и она быстро прячет экран мобильника от меня. Но я успеваю увидеть, как расширяются её зрачки, как она замирает, когда видит, кто звонит.

Что, еблан тот, который дома её ждёт? Скорее, смертник. Потому что я узнаю, кто рядом с ней трётся. Всех найду. Всю инфу до последнего факта пробью. Зачем? Потому что я так хочу. И потому что она должна понять: прошлое не остаётся в прошлом, пока я не разрешу ему там остаться.

Резко притягиваю её к себе, впиваясь пальцами в предплечье так, чтобы не вырвалась.

— Что такое, твой еблан переживает, когда будешь дома?

Сучка громко сглатывает, глаза её вспыхивают страхом и возмущением одновременно. Дёргается, пытается упереться ладонями мне в грудь, чтобы оттолкнуться. Но я только сильнее сжимаю её руку.

Не успеваю продолжить, как сбоку раздаются громкие звуки — звон разбивающегося стекла, женский визг, глухие удары.

Богдана резко вздрагивает, прикусывает губу так, что та белеет. Глаза становятся огромными, наполненными страхом. Я опускаю взгляд и замечаю, как прямо к нашим ногам летят мелкие осколки. Кто-то только что разъебал лобовуху машины. Судя по звукам — чьей-то башкой.

Блядь.

Поворачиваю голову и вижу, как Ямин со всей дури кидает какого-то пацана прямо на капот. Тачку перекосило, лобовое стекло вдребезги. Лицо Ямина разбито, кровь ебашит из носа, но глаза горят яростью и адреналином. Уже ясно, из-за чего начался этот махач — официантка, та самая, стоит чуть в стороне, громко визжит и прижимает ладони к лицу.

Сука, всё-таки решил уволочь её с собой.

— Стой здесь, — резко толкаю Богдану за спину, закрывая собой. Она замирает, словно в ступоре, прижавшись к моей спине.

Краем глаза замечаю, как из-за машин вываливаются пятеро мужиков. Один из них, здоровый и массивный, сжимает в кулаке блестящее лезвие ножа.

— Ямин, справа! — ору, и Ямин, не раздумывая, бросается в сторону, уходя от удара ножом. Начинается месиво, кулаки летят в разные стороны, адреналин в венах зашкаливает.

Отталкиваю Богдану в сторону, чтобы убрать подальше от драки. Сердце бешено колотится, ярость вспыхивает внутри с новой силой. Сейчас кто-то жёстко поплатится за то, что испортил этот вечер. И возможно, это даже хорошо. Скину напряжение, выбью из головы эту сучку, хоть на время.

12. Глава 9.1 

Я только взвизгнуть успеваю, как оказываюсь за спиной Рамиля.

Грохот, маты, ужасные звуки сливаются в хаос. Сердце бешено колотится, дыхание перехватывает. Я даже не сразу понимаю, что происходит, слишком резким оказывается переход от разговора к этой жуткой суматохе.

Но как только до меня доходит, что рядом происходит драка, меня мгновенно бросает в дикую панику.

Господи, опять… Опять всё это. Стоило лишь встретиться с ним, и его жизнь снова напоминает о себе во всей своей неприглядности.