И наступила пауза.

Потому что секретарь некоторое время пытался справиться с пересохшим горлом, откашливаясь. Многие из зала ему вторили, приводя в порядок легкие и вспоминая как дышать.

Наконец, через несколько неловких мгновений, суд продолжился.

- Вы… вы прибыли с сестрами на ассамблею… без приглашения от организаторов, так? С какой целью? – секретарь зачитал вопрос с листа. – Вы… изначально планировали напасть на гостей праздника?

Предыдущие свидетели, которые уже возвращались на места в зале, остановились в проходе. Часть зрителей привстала, чтобы лучше услышать ответ.

У стелы не лгут.

- После занятий нам с сестрой вручили письмо, - Мириам повернула голову в сторону сидевших в первом ряду принцев. – Приглашение от Их Высочеств. У нас и мысли не было отказаться, - камень под ее тонкой ладонью слабо мерцал, подтверждая каждое слово. – В Лабиринт вошли по фразе-пропуску из послания, но потом на нас напали, а приглашение рассыпалось в пыль, - она беспомощно вздохнула. – И мы не можем его предъявить.

- Напали? – вкрадчиво переспросил Беранже.

- Да, какой-то неизвестный налетел на нас почти сразу как мы вошли, порвал на мне одежду, - ее голос дрогнул, - ударил, хотя я не сопротивлялась. Старалась, как благородная лэра, сначала убедить словом. Я просила незнакомца помочь нам, защитить…

Ортонианский главный посол скрипнул стулом, едва удержавшись от того, чтобы встать. Но сдержался и одобрительно щелкнул пальцами в перстнях. Достойное поведение воспитанной девушки - воззвать к мужчине, умоляя о помощи. А вот мужчина – поступил неправильно, позорно.

Мири рассказывала срывающимся, нежным голосом. О первых минутах в Лабиринте, о том, как они с сестрой едва не плакали от страха, как ждали Хани, которая придет и спасет. И каждая фраза отзывалась в зале недоуменными шепотками.

Южная нежная красавица совершенно не была похожа на преступницу, затаптывающую одних мужчин в погоне за другими. Скорее она вызывала желание немедленно обогреть и успокоить. Ну и утащить домой, забрать себе, присвоить…

Защитить.

Даже Его Величество пару раз сочувственно покивал головой, а затем и вовсе многозначительно посмотрел на секретаря.

Тот зашуршал бумажками, сделал небольшую паузу, посматривая в зал, и, наконец, провозгласил:

- Обвинение в злостном умысле и незаконном проникновении на территорию закрытой ассамблеи… снимается. Первый пункт опровергнут свидетельством у стелы, - присутствующие загомонили, часть придворных принялась спорить с соседями. Ортонианские послы одобрительно хлопали по колену. Секретарю пришлось повысить голос, чтобы продолжить сквозь шум. – Леди Мириам дас Хельвин, вы готовы дать показания по следующему разделу обвинения: О нападении на гостей праздника, избиении, разорении и поругании несчастных? Вы узнаете вот этих молодых людей, которые обвиняют вас и ваших сестер в нанесении тяжелых увечий? Помните их?

- Не помню, темно же было, - стеснительно произнесла Мириам. – И много разных гостей встречалось, не было времени рассматривать.

- То есть пострадавших было намного больше, чем трое? И всех вы преследовали?

Хельвин посмотрела на секретаря с оторопью, которую можно видеть у благородных людей, когда они встречаются с вопиющим нарушением миропорядка. Девушке для выражения эмоций был доступен только взгляд, но им она владела мастерски. Закаленный долгими годами служения короне секретарь поймал себя на мысли, что едва не извинился за столь оскорбительный вопрос.

- Это неприемлемо, - после небольшой паузы мелодично ответила Мири. – Приличная девушка не будет гоняться за мужчиной, хоть он умоляй, - она сделала небольшую паузу, покосилась на стол, за которым сидели Хельвины и уточнила. – Если, конечно, старший родственник не прикажет преследовать или… не появится нужда в исполнении каких-нибудь древних обычаев… Но ничего на ассамблее этого не было, - твердо сказала Мириам, прежде чем фантазии присутствующих успели разгореться.

И стела снова подтвердила искренность девушки.

- Почему же тогда свидетели покрыты синяками?

- Так они Хани пытались задержать, сталкивались с ней, - вздохнула Мириам. – Бросались навстречу, некоторые пытались силой схватить Хани за руку или талию. Я, лично, сильно переживала.

- Испугались за себя или сестру?

Мириам недоуменно моргнула. Осторожно оглянулась на Хани, в надежде, что та хоть намекнет что именно хочет узнать спрашивающий. Когда помощи не последовало, средняя Хельвин осторожно высказалась.

- Жаль было тех странных мужчин, несчастненьких. Вы же видели Хани на Турнире? Если она бежит, нельзя выскакивать наперерез и хватать ее. Я советую, как только увидели - «мчит», сразу убирайтесь с дороги. М-м. В прыжке.

Один из северян невоспитанно захохотал.