Король, интерес которого к происходящему усиливался с каждой минутой, громко распорядился:

- Если вопросов к выступившим лэрам ни у кого нет, давайте выслушаем одну из Хельвин.

- Она… - начал Ципель, но под взглядом монарха быстро замолчал. Сухие паучьи пальцы «защитника» сжались в кулаки.

Мири в это время уже ловко огибала стол и двигалась столь плавно и красиво, что я почувствовала себя дилетанткой, которая видит работу настоящего мастера.

Воздушный, почти не отслеживаемый зрением шаг. Текучая, завораживающая волна от бедра. Вот взлетела тонкая, девичья кисть в многочисленных браслетах и… не звякнул ни один, таким невесомым оказался жест. Загадочно качнулась неплотная вуаль, с проступающими через полупрозрачную ткань точеными чертами лица. Еще немного и приоткроется тайна.

Мир замер в восхищении. Двигалась только стройная фигурка в шелковом, легком платье.

Каждый шаг как танец, каждый миг как совершенство. Песня идеально тренированного тела.

- Сильно страшная? – в звенящей тишине произнес старичок из второго ряда, у которого никак не получалось поймать Мириам в фокус лорнета.

⚜️ Глава 12. Мое сердце ранено

Исмадил-бис

Восьмой наследник ортонианской империи, самый молодой шейх, прошедший военную инициацию. Боевое имя - Рассветный самум. Официальный Посол Ортонии с титулом Покровитель новых земель и так далее, и так далее…

Посол Ортонианцев готов был впервые в жизни протереть глаза. В последние годы с ним, молодым и неженатым пустынным бисом, мечтали породниться самые знатные семейства юга. Первая жена – самая главная. Именно она будет устанавливать правила в гареме, распоряжаться деньгами и войдет в спальню мужа не только покорной супругой, но и соратницей по родовым делам, собеседницей и, возможно, даже незримым советником.

На каждом празднике мимо Исмаила туда-сюда родственники водили самых красивых дев соседских земель. В родовом парке, открытом для посещений, по вечерам вылавливали девиц, пробиравшихся, чтобы спеть под окнами поместья и произвести таким образом впечатление на потенциального жениха. Взбешенный и невыспавшийся Исмаил возвращал певиц завернутыми в ковер с указанием семьям, что еще одна попытка и девушка в темном парке может сломать ногу. Случайно, но неотвратимо. Но угрозы помогали все меньше.

Особенно отчаянные отцы даже бросали дочерей под копыта несущегося по улице коня биса.

За последние годы посол вдоволь насмотрелся на самых обученных, самых воспитанных и чистокровных дочерей юга. И ни одна… ни одна не двигалась так совершенно.

- Парадный женский шаг, - прошептал сидящий рядом с ним Кайдах - друг, телохранитель, молочный брат и вечный напарник. Он тоже числился послом, но выполнял куда больше функций, чем можно было предположить с точки зрения стороннего наблюдателя. – Вместе с элементами девичьего послушания и гордости. Проход девственницы на выданье. Высшая сложность… Совершенство.

Исмаил кивнул, не желая нарушать благоговейное сосредоточение. Так по сказаниям двигались прекрасные невесты прошлого. В те давние времена принято было проводить отборы будущих жен для наследников высшей эмирской знати. И девушек хороших семей готовили с пеленок к конкуренции за сердце мужчины, они не боялись боли и страданий от разжигания искр и даже звезд.

Ныне же открытая демонстрация женской привлекательности у джунгар считается пороком, девушек не мучают развитием магии. и старые традиции, когда-то передаваемые от матушек и нянюшек, давно покрылись пылью лет.

Правящий женский шаг еще изучают в высших семьях, но лишь самые простые элементы. А вот такой, девичьего очарования и даже соблазнения – послы видели своими глазами впервые. Скорее всего, для таких движений необходим не только учитель, но и особые способности. И еще – правильная кровь.

Исмаил качнулся вперед, когда она проходила мимо. Девушка на мгновение повернула голову в его сторону. Большие карие глаза одарили его мягким, ласковым светом. Всего секунда, но какая! На это неуловимое, слишком короткое время он почувствовал себя властелином мира, настолько возвышающим был взгляд.

- Эта та самая, что говорит, как поет, - прошептал рядом Кайдах. – Средняя Хельвин.

- Мое сердце ранено, - первые слова за весь суд Исмаил прошептал неслышно, одними губами. Не для друга, а скорее для себя, чтобы осознать, что жив и дышит.

Прекрасная джунгарская птица, совершенно немыслимо найденная в варварской Имерии, сохранившая тайные женские знания и запросто их демонстрирующая для ничего не смыслящихся пустоголовых придворных бездельников.

Девушка приблизилась к стеле и легко коснулась камня ладошкой.

- Я, Мириам дас Хельвин, вторая дочь покойного герцога Конрада дас Хельвина и его супруги, вдовствующей герцогини Камилы дас Хельвин… готова ответить королевскому суду и лично… - легкий вздох, трепет ресниц, - Его Величеству Эдгардо Первому Объединителю - на вопросы о событиях вчерашнего вечера.