Рычание раздаётся в его груди, когда наши бёдра встречаются. Он трётся между моих ног, его член яростно борется с джинсами. Схватив край моей футболки, он тянет её вниз вместе с лифчиком, прижимаясь губами к моему соску.

— Я никогда не смогу отпустить тебя, если сделаю это, — бормочет он в кожу, проводя зубами по пику.

Я откидываю голову на подголовник, выгибая спину, чтобы поощрить его прикосновения.

— Перестань говорить и просто делай.

— Если я возьму тебя…

— Просто заткнись.

Он запускает руки под тонкую ткань моей юбки, проводя пальцами по моему нижнему белью. Хлопок промок насквозь, и я скулю от прикосновения. Нет необходимости готовить меня, но он отодвигает ткань в сторону и вводит палец, сгибая его внутри меня.

— Блять, — говорит он, вводя второй и проталкивая его по костяшки. — Ты просто мокрая, чёрт возьми.

Мои щёки вспыхивают жаром, и всхлип застревает на языке, когда он начинает двигать пальцами внутри. Я вожусь с его ремнём, отчаянно желая освободить его от оков. Я стягиваю джинсы до его ягодиц вместе с боксерами, и у меня текут слюнки при виде его. Я отчаянно хочу попробовать его на вкус, но я, возможно, взорвусь, если он не трахнет меня прямо сейчас. Он огромен, и когда мой взгляд скользит по длине, я думаю о том, как он вообще поместится.

— Поместится, — говорит он с самоуверенной усмешкой, будто прочитал мои мысли. — Ты принимаешь противозачаточные?

Я киваю, скуля, когда он убирает пальцы и отодвигает моё бельё в сторону, прижимая головку члена к моему входу. Он входит одним глубоким толчком, и я вынуждена растянуться до предела, чтобы принять его целиком.

Его лоб касается моего плеча, и он рычит моё имя, покусывая кожу зубами. Он полностью выходит, прежде чем снова сильно входит, и бабочки в моём животе взрываются хаосом от ощущения такой наполненности. Мои пальцы впиваются в его плечи через ткань его футболки, цепляясь за него изо всех сил.

Отчаянно не желая, чтобы эта эйфория заканчивалась, я приподнимаю бёдра навстречу ему, поощряя его толчки глубже.

— Не надо, — рычит он, прижимая меня за шею. — Я не продержусь и минуты, если ты будешь делать такое.

Я так тяжело дышу, что едва вспоминаю, что он сказал. Его рука остаётся на моей шее, другая скользит по моей ягодице, верхней части бедра, а затем к колену, где он прижимает его к моей груди, набирая более быстрый ритм, когда он вбивается в меня глубже.

Я едва выношу это. Моё тело содрогается от удовольствия, а соски напрягаются до боли. Он замечает реакцию на моей груди и опускает голову, снова беря пик в рот и играя с ним зубами.

Рука Гарри опускается на мой клитор, и он трёт его с трением и точностью. Я просто развалина под ним.

Мои руки хватаются за подголовник, и я зажмуриваюсь, задыхаясь: — Д-да!

— Смотри на меня, когда я трахаю тебя. — Я открываю глаза, когда его лоб касается моего. — Я хочу, чтобы этот образ навсегда врезался в твой мозг, принцесса.

— О Боже.

— Даже он не спасёт тебя от меня, Джиджи.

Мои глаза снова закрываются, когда оргазм обрушивается на меня, как приливная волна. Вспышки цвета взрываются перед глазами. Я чувствую, что достигла нового уровня, когда моё тело изгибается, и Гарри обхватывает меня рукой, быстрее вбиваясь в меня сквозь жар всего этого и увеличивая удовольствие в десять раз.

Его толчки учащаются — он не отстаёт — прежде чем он кончает в меня. Я откидываю голову назад, задыхаясь, и смотрю на момент, когда удовольствие заливает его лицо. Это образ, который я хочу запечатлеть в своём мозгу на всю оставшуюся жизнь.

Когда он наконец приходит в себя, он смотрит на меня с напряжённым дыханием, и реальность наших действий медленно просачивается в закоулки моего разума, покусывая удовольствие, всё ещё заливающее моё тело.

— Я ненавижу тебя, — говорю я на тяжёлом выдохе.

Переводя дыхание, он проводит языком по нижней губе, усмехается, а затем говорит:

— Я знаю.

* * *

Убедившись, что полиция больше не преследует нас, Гарри отвозит меня обратно в свой дом. Нет смысла отвозить меня домой или к Мие, учитывая, что моя машина стоит на его подъездной дорожке. Я думала, он будет выпроваживать меня, но он настоял, чтобы я осталась. И я не совсем привыкла к этому чувству с ним.

Он говорит мне занять себя, пока он делает несколько звонков. Хотя теперь у меня есть немного больше понимания того, что это может означать, это всё равно не развеивает моих подозрений, что он всё ещё утаивает от меня информацию.

Когда он заходит в свою спальню для уединения во время звонка, я пользуюсь возможностью освежиться в ванной. Моё отражение в зеркале останавливает меня. Я выгляжу так, будто меня хорошо и качественно трахнули. Мои волосы хаотичны, а губы припухшие от долгих поцелуев. Но также в моих плечах больше нет напряжения, будто я вижу, как тяжесть, лежавшая на них, исчезла.

Когда я выхожу из ванной, я всё ещё слышу голос Гарри, тихо доносящийся из спальни. Я иду в противоположную сторону по коридору и инстинктивно останавливаюсь перед проклятой комнатой, которая терзала мои мечты и не давала мне спать по ночам.