Она шутит?

Я смотрю на неё так, будто она сошла с ума, наблюдая, как её босые ноги бегут через мою открытую дверь и вниз по лестнице. Я слышу, как она открывает и закрывает холодильник. А затем звон стекла. Она возвращается с какой-то алкогольной жидкостью, наливая себе стакан.

— Ты принесла только один стакан, — замечаю я.

Она кивает и отпивает глоток.

— Тебе нужна бутылка, моя любовь.

Только Мия могла подумать, что узнать правду о смерти моего брата — это повод для празднования. И всё же, какой бы ни был у неё план поднять мне настроение, он явно сработал. Наш разговор определённо отвлёк меня от мыслей — даже если лишь на миг.

Когда мысли о Гарри начинают возвращаться, я хватаю бутылку за горлышко и делаю большой глоток. Жжение в горле заставляет мои глаза защипать.

— Давай выйдем куда-нибудь.

Я качаю головой.

— Я не могу…

— Не начинай снова. Давай выйдем… как в старые времена.

После долгого сопротивления я наконец подчиняюсь.

И я понимаю одну вещь…

Выход из дома действительно помогает.

ЧАСТЬ 2

«Мне нужно уйти и лгать, или остаться и умереть».

— Уильям Шекспир

Глава 22

Джиджи

Десять месяцев спустя

Моя мать сказала бы вам, что нет лучше способа провести весну, чем в Париже. Я бы сказала вам, что до чёртиков надоело слушать эту херню каждый год.

Хотя работа в городе означает, что я зарабатываю больше денег, это также означает, что я трачу значительно больше — особенно в грёбаных пабах. После переоценки жизненных выборов и пинка под зад от родителей я шагнула в большой мир бизнеса, и теперь я работаю в маркетинговой компании в Лондоне. Что означает, что я снова живу с дорогими мамочкой и папочкой.

Сегодня вечером мы с коллегами выбрали местную забегаловку в Суррее. Хотя это должно быть просто неформальной встречей, женщины настояли, чтобы мы оделись до смешного шикарно, будто это будет уморительно.

Я выбрала чёрное облегающее платье с перьевым узором и пару туфель на шпильке. Ненавижу каблуки. Но обожаю платье. Самая длинная часть достигает моей голени, а самая короткая останавливается на верхней части бедра. Народу прилично: моя начальница Венди, её муж, женщины из моего отдела, несколько человек из социального департамента и Джейми.

Джейми — мой парень. Ну, так он всем говорит. Мы работаем в разных компаниях в городе, но однажды днём наши обеденные перерывы пересеклись в местной кофейне. Он просто появился в моей жизни однажды, будто его удобно подставили, и с тех пор мы встречаемся. Я ещё не готова вешать на это ярлык, но после того, как мы подтвердили, что ни с кем больше не встречаемся, он решил, что мы должны объявить, что мы вместе. Так что я позволила ему.

Он хороший друг и компания, когда мне нужно. Это была идея Мии — она знала, что я не оправилась после того, что случилось с Гарри. Джейми высокий, темноволосый и красивый. Всё, что я должна хотеть в мужчине. Но он не… он.

Чтобы забыть одного, нужно переспать с другим, сказала она мне.

Когда разговоры о последнем скандале с Бекхэмами захватывают моё внимание, я поворачиваюсь к женщинам, сплетничающим рядом со мной. Джейми смотрит на часы и встаёт, отряхиваясь, чтобы стряхнуть крошки, которых там нет.

Я поворачиваюсь к нему и спрашиваю:

— Всё в порядке?

— Мне нужно домой. Завтра работа. — Он накидывает куртку и наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб. — Я люблю тебя.

Я улыбаюсь.

Наступает тишина, пока он не уходит. И как бомба замедленного действия, группа взрывается хаосом.

— Девочка… — одна женщина, Абигейл, ударяет ладонью по столу. Она выглядит не иначе как диско-шар в своём платье из пайеток. Её бокал дребезжит от её нетерпения говорить. — Я не знаю, сколько ещё ты сможешь продержаться, не отвечая ему тем же.

Все за нашим столом согласно кивают.

Я вздыхаю, зная, что они правы.

Я говорила «я люблю тебя» только одному мужчине в своей жизни. И до сих пор люблю. Я всегда буду любить Грега по-братски. Не то чтобы я помню, когда мы в последний раз разговаривали. Моя дистанция от мужчин Сент-Джеймс явно распространилась дальше, чем просто на Гарри. С тех пор прошли месяцы. Несколько месяцев. Я не хочу бросаться этими тремя словами кому попало. Нельзя забрать обратно эту уязвимую часть себя, когда однажды поделился сердцем с кем-то. И, Бог знает, у меня было достаточно проблем с доверием в жизни.

Не желая продолжать эту тему, я обвиняю Абигейл в том, что она флиртует с Джереми из отдела доставки. Она краснеет, как помидор, и поднимает руки в знак капитуляции, когда люди начинают засыпать её вопросами.

Она пьяно изливает своё восхищение им.

— Это всё галстук-бабочка.